Фамилия Посыпин — редкий случай, когда прозвище строится не вокруг действия, а вокруг предмета, с этим действием связанного. В основе лежит слово «посыпка» или глагол «посыпать», но не в переносном, бытовом смысле, а в узком, ремесленном. Скорее всего, прозвище Посыпа (или Посыпка) получил человек, чья работа была связана с сыпучими материалами: мельник, подсыпающий зерно в жернова, или, что вероятнее, пекарь, который посыпал мукой стол перед замесом теста или готовые караваи перед выпечкой. В русских говорах «посыпка» — это и мука для подсыпки, и отруби, и даже мелкий корм для скота. Поэтому род занятий мог быть шире: от работника на гумне до того, кто ведал ссыпкой зерна в амбарах.

Суффикс -ин указывает на принадлежность: «чей?» — сын Посыпы. Это типичная модель для фамилий, образованных от прозвищ, оканчивающихся на гласный. Если бы прозвище звучало как Посыпок, фамилия была бы Посыпков. Но форма на -ин говорит, что исходное слово было коротким, односложным или двусложным с ударным окончанием — Посыпа. В документах XVII–XVIII веков такие прозвища фиксировались у крестьян и посадских людей северных и центральных уездов России, где хлебопашество и мукомольное дело составляли основу хозяйства.

Фамилия Посыпин не встречается в дворянских родословных книгах, не имеет аристократических корней. Это типичная крестьянская или мещанская фамилия, закреплённая за одной семьёй в конкретной местности. По данным современных телефонных справочников и баз, чаще всего она встречается в Вологодской, Кировской областях и в Пермском крае — то есть в регионах старого русского заселения, где долго сохранялись архаичные прозвища.

Сравнение с однокоренными фамилиями — Посыпкин, Посыпайло — показывает, что Посыпин стоит особняком. В фамилии Посыпкин тот же корень, но суффикс -к- указывает на уменьшительную форму прозвища (Посыпка), а Посыпайло — украинская или белорусская форма с суффиксом действующего лица. Посыпин же — великорусская, лаконичная, без лишних уменьшительных или увеличительных оттенков. Это фамилия человека, которого в деревне знали по делу: «пойдём к Посыпе за мукой».