Фамилия Просоед — редкий случай, когда в основе лежит не имя, не профессия и не географическое название, а глагольная форма, сохранившаяся в почти неизменном виде. Если разобрать её по составу, сразу бросается в глаза структура: приставка «про-» + корень «-сед-». Перед нами не что иное, как повелительное наклонение глагола «просесть» или, что вероятнее, диалектное «просоедать» — оседать, просаживаться, проваливаться. Человек, получивший такое прозвище, мог быть медлительным, неуклюжим или, напротив, обладать особенностью «проседать» при ходьбе — например, припадать на ногу. В русских говорах слово «просоед» фиксировали как прозвище для того, кто «просел» в прямом смысле — осел на месте, не смог уехать, или же для нерасторопного, вялого человека.

Суффикс в фамилии отсутствует — это так называемая «чистая основа», что нетипично для русских фамилий, но встречается в южнорусских и украинских регионах, где прозвища нередко переходили в фамилии без дополнительных формантов. Сравните с однокоренными фамилиями: Седов, Просянников (от «просо» — другая этимология) или Просвирнин — здесь корень иной. Просоед стоит особняком: его не перепутать с «просо» или «седой», хотя внешнее сходство может ввести в заблуждение. Версия о происхождении от названия растения «просо» маловероятна — тогда фамилия звучала бы как Просоев или Просов, а суффикс -ед в этом случае необъясним.

Географически фамилия тяготеет к югу России и Украине, особенно к Курской, Белгородской, Воронежской областям, где диалектные формы глаголов с приставкой «про-» были распространены. В документах XVII–XVIII веков можно встретить прозвища вроде Просоед, Проед, Просядь — все они относились к людям, получившим характеристику по поведению или физической особенности. Носители фамилии Просоед, скорее всего, были крестьянами или однодворцами, а не дворянами — фамилии такого типа редко попадали в родословные книги.

С точки зрения словообразования, это яркий пример «окаменевшей» глагольной формы, которая не изменилась за столетия. Такие фамилии — редкость, и они ценны тем, что прямо, без посредников, доносят до нас живое прозвище предка.