Фамилия Ракитские (в мужском роде — Ракитский) чаще всего ведет начало от мирского имени Ракита. Так в старину, еще до повсеместного распространения церковных календарных имен, называли человека родители. Имя давали по названию кустарника — ивы, которую в разных славянских говорах звали ракитой. В словаре С. Б. Веселовского упоминаются: Ракита, крестьянин, 1495 год, Новгород, и Григорий Иванович Ракитин, 1551 год, Кострома. Эти записи показывают, что имя бытовало в северных и центральных русских землях.

Модель образования фамилии — притяжательное прилагательное с суффиксом -ск-. Первоначально форма Ракитский отвечала на вопрос «чей?» и означала «сын Ракиты» или «человек из рода Ракиты». Позже суффикс -ск- в русской ономастике закрепился и за фамилиями, которые указывали на местность, но в данном случае основа — личное прозвище, а не название села. В украинской традиции фамилии на -ський/-цький также широко распространены, поэтому в некоторых регионах форма Ракитський могла оформляться самостоятельно, параллельно русскому варианту.

Прозвище Ракита могло отражать и внешность, и характер: так могли назвать высокого, гибкого человека или того, кто жил у реки, среди зарослей ивы. В народной культуре ракита — символ печали и прощания, но в именах негативного оттенка не несла: мирские имена от названий растений давали часто, желая ребенку силы и жизнестойкости, как у дерева.

Точное место и время возникновения фамилии установить сложно: процесс становления фамилий у славян растянулся на несколько столетий, с XV по XVII век. В каждом роду он шел своим путем. Ясно одно: потомок человека по имени Ракита со временем получал фамилию Ракитский, и она закреплялась за детьми и внуками.

Родственные фамилии — Ракитин, Ракитников, Ракитов — образованы от той же основы, но другими суффиксами. Ракитин, например, отвечает на вопрос «чей сын?» и потому старше по типу, чем Ракитский. Сравнение этих форм показывает, как одна и та же основа обрастала разными словообразовательными моделями в разных семьях.

Сегодня фамилия Ракитские встречается и в России, и в Беларуси, и на Украине. Носители ее — люди разного происхождения: среди предков могли быть и крестьяне, и казаки, и мещане. Фамилия не дает подсказки о сословии, но сохранила память о давнем имени, которое почти исчезло из обихода.