Фамилия Родион — редкий случай, когда в основе лежит не прозвище и не профессия, а полное, а не уменьшительное имя. Чаще всего от крестильного имени образовывали формы вроде Родионов или Родин, а здесь мы видим саму исходную основу без изменений. Это говорит о том, что фамилию могли дать напрямую, без промежуточного прозвища, либо она закрепилась за человеком, которого в быту звали полным именем, что случалось нечасто.

Имя Родион пришло из древнегреческого языка и означает «житель острова Родос». Вторая трактовка — «геройский» или «розовый» — связана с тем же корнем: остров славился розами, а героизм приписывали его жителям. Любопытно, что первоначально имя считалось «элитарным»: им нарекали церковнослужителей, затем представителей знати. Однако позже Родионами стали звать и людей из простых сословий, что и открыло дорогу фамилии в народ.

Стоит заглянуть в церковный календарь: 23 ноября — день памяти святого Родиона, или Иродиона. Он оставил епископскую кафедру в Патрах, чтобы идти в Рим со святым апостолом Петром, и был обезглавлен в тот час, когда апостола Петра распяли. Этот святой дал имя не только фамилии Родион, но и множеству однокоренных — Родионов, Родин, Родькин. Родион звучит как застывшая форма имени, и в этом его отличие: носитель такой фамилии как бы носит имя предка целиком, без сокращений.

Если сравнивать с однокоренными фамилиями, то Родион встречается заметно реже, чем Родионов. Это может указывать на более позднее оформление или на то, что предок был выходцем из среды, где полное имя употребляли чаще, — например, из духовенства. Точных данных о географии бытования фамилии мало, но логично предположить, что она распространена там же, где и имя Родион, — в центральной России и в регионах с сильным церковным влиянием.

Кем могли быть предки? Скорее всего, крестьянами или мещанами, получившими фамилию по имени отца или деда. В документах XVIII–XIX веков такие фамилии фиксировали как «сын Родионов», и лишь позже форма сократилась до простого Родион. Впрочем, не исключено, что в некоторых случаях фамилию давали не по имени, а по прозвищу, которое закрепилось за человеком, носившим редкое для своей местности имя.