Фамилия Ростина — относительно редкая, но её происхождение угадывается почти сразу. В её основе лежит крестильное имя Ростислав, что значит «растущий в славе». Фамилия образована по простой и распространённой модели: от полной формы имени через притяжательный суффикс -ин. Ростина буквально — «дочь или жена Рости», где Ростя — это народная, сокращённая форма от Ростислава, аналогично тому, как Слава образуется от Вячеслав или Станислав.

Однако есть и второй путь, который стоит рассмотреть. В некоторых говорах «рость» или «роста» могло быть прозвищем высокого, рослого человека. В этом случае фамилия Ростина ведёт начало не от имени, а от внешней приметы предка. В пользу прозвищной версии говорит тот факт, что суффикс -ин в русских фамилиях одинаково легко крепится и к личным именам (Иван — Иванов, но Иван — Иванин), и к прозвищам или названиям профессий (Плотник — Плотников, но и Плотникин). Различить эти два корня без старых документов конкретной семьи почти невозможно, и обе версии имеют равное право на существование.

Географически фамилия тяготеет к центральным и южным областям России. Встречается она и на Украине, где форма Ростина могла возникнуть как женский вариант фамилии Ростин, что характерно для украинской традиции (жена Ростина). Но в русском понимании это именно фамилия, закреплённая за родом, а не указание на пол.

Примечательно, что в отличие от фамилий на -ов/-ев, которые часто происходят от полных крестильных имён (Ростиславов), форма на -ин сохранила более тесную связь с живым, обиходным именем. Предок, которого в деревне звали просто Ростя, оставил потомкам фамилию, звучащую тепло и по-свойски, без официальной дистанции. Это типичный пример того, как русская фамилия консервирует не паспортное имя, а то, как человека называли свои.

Сословной привязки у фамилии нет: Ростины могли быть и крестьянами, и мещанами, и духовенством (где имя Ростислав было особенно популярно). Единственное, что можно сказать с уверенностью: фамилия недревняя, её массовое оформление приходится на XVII–XIX века, когда сокращённые формы имён окончательно закрепились в качестве фамильных основ.