Фамилия Рудай звучит коротко и цепко, но за её четырьмя буквами прячется сразу несколько возможных историй, и каждая по-своему интересна. Если отбросить сомнения, то перед нами типичное древнерусское прозвище, которое закрепилось за человеком и перешло к его потомкам. Вопрос только в том, что именно разглядели в предке соседи, когда окрестили его Рудаем.

Самая распространённая версия отталкивается от древнерусского слова «руда». В современном языке мы привыкли связывать его с железной рудой или кровью, но в старину значение было иным — «сажа», тёмный налёт. Выходит, Рудаем могли прозвать человека, чья работа или образ жизни оставляли на нём тёмные следы: печника, кузнеца, трубочиста или того, кто вечно ходил перепачканным, будто в саже. Прозвище прилипало намертво, как та сажа, и в какой-то момент заменяло имя.

Но есть и второй, не менее правдоподобный путь. В южных и западных говорах прилагательное «рудой» означало «рыжий, красный, бурый». Отсюда рукой подать до прозвища Рудай — так могли называть человека с огненно-рыжей шевелюрой, смуглой кожей или просто того, кто выделялся красноватым, загорелым лицом. Эта версия особенно живуча, ведь цветовые прозвища на Руси были делом обычным: Рыжов, Черныш, Беляк — все они работали по одному принципу, и Рудай встаёт в этот ряд без натяжки.

Словообразовательная модель здесь простая и показательная. Суффикс -ай в русских прозвищах частенько служил для образования имён от глаголов или прилагательных: Гуляй, Бодай, Ломай. В случае с Рудаем он работает как увеличительная или характерологическая приставка к корню, подчёркивая главную черту человека. Фамилия застыла в форме чистой основы, без патронимического суффикса -ов или -ин, что не редкость для украинских, белорусских и южнорусских земель, где такие бессуффиксные фамилии встречаются сплошь и рядом.

Если выбирать между двумя версиями, то «цветная» выглядит убедительнее. Во-первых, слово «руда» в значении «сажа» встречается реже и уже к XV–XVI векам устаревало, вытесняясь другими обозначениями. Во-вторых, прозвища по внешности всегда были массовыми и понятными, а рыжий цвет волос — слишком яркая примета, чтобы её проигнорировать. Хотя исключать «сажу» полностью нельзя: в разных регионах слово жило по-разному, и где-то оно вполне могло дать начало прозвищу.

Интересно, что фамилия Рудай не одинока. У неё есть целая семья однокоренных родичей: Рудой, Руденко, Рудаков, Руднев. Все они так или иначе крутятся вокруг того же корня «руд-», и все указывают на рыжий цвет или тёмный оттенок. Это лишний раз подтверждает: перед нами не случайное образование, а часть большого пласта русских фамилий, выросших из одного прозвищного корня.

Географически фамилия тяготеет к юго-западу — Украине, Белоруссии, Брянщине, где диалектное «рудой» было в ходу. В северных и центральных областях её почти не встретить, что тоже работает в пользу «цветной» версии: там, где слово не бытовало, не появилось и прозвища.

Что касается известных носителей, то здесь сказать особо нечего: фамилия редкая, громких исторических фигур с ней не связано, и это нормально для прозвищной фамилии из народной среды. Зато за ней стоит живая картинка из прошлого — либо рыжий мужик на деревенской улице, либо перемазанный сажей мастер у горна. Оба образа по-своему колоритны, и оба имеют право на существование.