Фамилия Саламатов произошла от прозвища Саламата, которое восходит к нарицательному «саламата» — так в старину называли кисель или жидкую кашу из муки, сваренную с салом или маслом. Прозвище это давали, скорее всего, любителю сытно и калорийно поесть, а возможно, и человеку, который промышлял приготовлением такого кушанья. Модель образования проста и типична для русских фамилий: к основе Саламата добавили притяжательный суффикс -ов, означающий принадлежность, сына. Потомок человека по прозвищу Саламата со временем стал Саламатовым.

Любопытно, что кушанье это было настолько широко распространено, что оставило след не в одной, а сразу в нескольких фамилиях. Рядом с Саламатовыми живут Саламатины и Соломатины — все они образованы от одного корня, но с разными суффиксами или огласовками. Такое разнообразие само по себе служит свидетельством того, что в прошлом саламата была привычным блюдом в крестьянском и казачьем быту, а не экзотикой. Готовили её из ржаной, пшеничной или гороховой муки, заваривая её в кипятке или на молоке, а для сытости добавляли сало, масло или сметану.

Исследователь русских фамилий Б. Унбегаун относил подобные образования к группе фамилий, произошедших от прозвищ по названию пищи. В этом же ряду стоят, например, Кашников или Блинников. Однако у Саламатова есть и своя особенность: прозвище могло закрепиться не только за едоком, но и за тем, кто варил саламату в больших количествах — например, за поваром в артели или в помещичьем доме. В говорах слово «саламатник» означало именно охотника до этого блюда или того, кто его готовит.

Не стоит обходить и вариант Соломатин. Здесь произошла типичная для народной этимологии замена гласной: безударное «а» в слове «саламата» под влиянием знакомого слова «солома» переосмыслилось. Такая подмена не меняет сути — корень остался тем же, но звучание стало более привычным для уха. Поэтому, если вы встретите Соломатина, знайте: его предок, вероятно, имел то же прозвище, что и предок Саламатова.

Географически фамилия встречается повсеместно, но чаще — в регионах, где было развито земледелие и казачество: на Дону, в Поволжье, в центральных губерниях России. В документах XVII–XVIII веков нередко упоминаются служилые люди и крестьяне с таким прозвищем, что говорит о его бытовании в разных сословиях. Впрочем, точных цифр и списков известных носителей мы не приводим — по этой фамилии нет громких исторических персонажей, зато есть множество рядовых тружеников, чьи имена остались в метрических книгах и ревизских сказках.