Фамилия Сарбассов — одна из тех, что заставляет задуматься о происхождении ещё до того, как начнёшь разбирать её по частям. В ней слышится что-то восточное, но финальный суффикс «-ов» ясно указывает на русскую модель образования: это типичная патронимическая фамилия, то есть «сын Сарбасса». Вопрос в том, что скрывается за основой «Сарбасс».

Самая вероятная версия ведёт в тюркские языки. Слово «сарбас» (или «сарпас») можно разложить на две части: «сар» — жёлтый, белый, благородный (в разных тюркских диалектах) и «бас» — голова, глава. Буквально — «белая голова» или «светлая голова». Однако в переносном смысле так могли называть человека с седыми волосами (уважаемого старейшину) либо, напротив, блондина. В некоторых тюркских языках «сарбас» — это прозвище смелого, отчаянного человека, почти «сорвиголова». Учитывая, что фамилия образована через суффикс «-ов», а не «-ев», основа должна была заканчиваться на твёрдый согласный: Сарбас, а не Сарбась.

Вторая, менее распространённая гипотеза, связывает фамилию с иранским корнем «сар» (голова, начало) и «бас» (достаточно, много). Но для тюркского ареала Поволжья и Урала, откуда, скорее всего, происходит фамилия, тюркская версия выглядит убедительнее. Казахские и башкирские антропонимы нередко давали такие прозвища, которые потом при крещении или при переходе в русскую среду оформлялись стандартным русским суффиксом.

Интересная деталь: фамилия Сарбассов — редкая. Она не встречается в списках массовых русских фамилий, не зафиксирована в крупных ономастических словарях как хрестоматийный пример. Это говорит о том, что её носители, скорее всего, происходят из одной локальной группы или даже одного рода. Возможно, предок получил прозвище Сарбас в среде оренбургских казаков или башкирских воинов, где тюркские прозвища были обычным делом, а затем, записанный в метрику как Сарбассов, передал фамилию потомкам.

Таким образом, Сарбассов — это не про географию или профессию, а про личное качество или внешность предка. Его называли «светлая голова» то ли за ум, то ли за седину, то ли за отчаянную храбрость. Фамилия сохранила это прозвище в застывшей форме, и сегодня её обладатели могут считать себя потомками человека, который чем-то выделялся среди окружающих.