Савиловы — фамилия, в основе которой лежит личное имя, точнее, его краткая, обиходная форма. Если говорить прямо, то фамилию Савилов образовали от имени Савил, которое в старину служило сокращением для целого ряда крестильных имен. Чаще всего за этим именем скрывался Савватий (в переводе с древнееврейского — «суббота»), но не реже — Савва (арамейское «старец, дед») или Савелий (древнееврейское «испрошенный у Бога»). Так что, в зависимости от того, какое полное имя носил первый Савил, его потомки могут вести род и от «субботнего», и от «старческого», и от «выпрошенного у Бога» предка.

Сама модель образования типична для русской ономастики: суффикс -ов присоединяли к основе, оканчивающейся на согласный, и получали притяжательное прилагательное, отвечавшее на вопрос «чей?». Савилов — значит «сын Савила», «ребенок Савила». Такая схема, когда прозвище или уменьшительное имя отца становилось фамилией его детей, была самой распространенной на Руси в XVI–XVII веках, когда фамилии только начинали закрепляться за родами.

Интересно, что имя Савил не было самостоятельным церковным именем — в святцах его нет. Это чисто народная, бытовая форма, которая возникла в живой речи как естественное сокращение длинных и неудобных для повседневного общения имен. Подобные усеченные варианты (Сава, Савка, Савелка) давали начало множеству фамилий, и Савиловы — одна из них. Такое происхождение говорит о том, что фамилия родилась не в канцелярии, а в крестьянской или посадской среде, где имя упрощали для удобства.

О точном месте и времени возникновения фамилии говорить сложно: процесс формирования фамилий шел постепенно и в разных регионах с разной скоростью. Однако можно предположить, что фамилия Савиловы чаще встречалась в центральных и северных русских землях, где имя Савватий и его производные пользовались особым почитанием — в память о Соловецких чудотворцах, основателях знаменитого монастыря. Впрочем, без обращения к конкретным архивным документам и переписным книгам утверждать это наверняка нельзя.

Фамилия Савилов — не дворянская и не купеческая по происхождению, а народная, что делает ее ценным памятником славянской письменности и культуры. Она сохранила в себе ту живую языковую стихию, которая существовала задолго до того, как имена были записаны в метрические книги. В ней нет ни тени книжности — только разговорная традиция, передававшаяся из уст в уста.