Фамилия Савостин почти наверняка восходит к крестильному имени Севастьян. В переводе с греческого оно значит «славный, высокочтимый, священный». Но напрямую от полной церковной формы фамилию не образовали: в основу лег народно-разговорный вариант имени — Савося. Так на Руси часто называли Севастьянов в быту, в кругу семьи и соседей. От этого уменьшительного имени и пошла фамилия: потомки человека по прозвищу Савося становились Савостиными.

Словообразовательная модель здесь простая и очень распространённая. Суффикс -ин указывает на принадлежность: Савостин буквально значит «сын Савости», то есть сын Савости. Такая схема типична для русских фамилий, образованных от имён, оканчивающихся на -а или -я. Рядом с Савостиным в тех же краях могли жить Савостьяновы, Севастьяновы и Савоськины — все они родственники по корню, но с разными суффиксами и формами имени.

Интересно, что имя Севастьян долго оставалось в народной среде именно в разговорных вариантах. Савося, Савостьян, Савоха — все эти формы встречаются в старых документах. Поэтому фамилия Савостин звучит проще и «домашнее», чем её книжный аналог Севастьянов. Она хранит память о том, как имя звучало в живой речи, а не в церковном календаре.

Точное место и время возникновения фамилии назвать трудно: фамилии у крестьян и посадских людей закреплялись постепенно, на протяжении нескольких столетий. Но в переписных книгах и писцовых записях XVI–XVII веков формы с корнем Савост- встречаются регулярно, особенно в северных и центральных русских землях. К XIX веку фамилия уже прочно осела в разных губерниях, и сегодня её носители встречаются по всей России.

Кстати, не стоит путать Савостиных с Савостьяновыми. Хотя корень общий, это разные фамилии с разной историей бытования. Савостин — более «обрусевший», сокращённый вариант, а Савостьянов ближе к полной форме имени. В документах XIX века один и тот же человек мог записываться по-разному, но постепенно написание закрепилось за разными родами.

Фамилия Савостин — это не просто отметка в паспорте, а след живой народной традиции. Она показывает, как книжное церковное имя осваивалось в крестьянской среде, сокращалось до удобного в обиходе и превращалось в родовое прозвание. Так за несколькими буквами стоит целый пласт истории русского языка и быта.