Фамилия Савраскин напрямую связана с мастью лошади, но, как это часто бывает, прозвище могло прижиться по двум разным причинам. Основная версия отсылает к нарицательному «саврас» — так называли саврасую, то есть светлогнедую лошадь с чёрным хвостом и гривой. В крестьянском быту это слово вообще употребляли для обозначения простой рабочей лошади, без породы и стати. Поэтому первое, что приходит на ум, — прозвище Саврас получил человек, у которого лошадей было много, либо тот, кто особенно возился с ними, знал в них толк или, наоборот, был настолько неразлучен со своим конём, что окружающие связали их воедино.

Но есть и второй, более пикантный смысл. В городской среде, особенно среди купечества, словом «саврас» дразнили молодого повесу, кутилу и бесшабашного гуляку. Тут уже прозвище указывало не на род занятий, а на характер: человека с бурным нравом, склонного к разгулу и необдуманным тратам, могли окрестить Саврасом за его поведение, а не за лошадей. Обе версии имеют право на жизнь, и без родословной конкретной семьи сказать, какая из них сработала, сложно.

Обратите внимание на суффикс: в фамилии не просто Саврасов, а именно Савраскин. Модель образования здесь двойная. Сначала от прозвища Саврас сделали уменьшительную форму Савраска — так могли звать и самого человека, и, что вероятнее, его сына или младшего родича. А уже от этого «домашнего» имени возникла фамилия с типичным русским суффиксом принадлежности -ин: Савраскин означает «сын Савраски», то есть внук или потомок Савраса. Такая цепочка — от полного прозвища к уменьшительному и лишь потом к фамилии — встречается не так часто, как прямое образование, и делает фамилию более живой и личной.

Любопытно, что однокоренные фамилии Саврасов и Саврасенко встречаются чаще, а вот Савраскин — форма более редкая и камерная. Она как будто сохранила в себе память о конкретном человеке, которого в семье звали ласково или иронично Савраской. Что касается точной географии, то фамилия не привязана к одной губернии: прозвище было распространено и в северных, и в южных регионах, везде, где держали лошадей. Сказать, что предки были исключительно коневодами, нельзя — прозвище могло закрепиться за кем угодно, от ямщика до прижимистого купца, чей сын гулял по трактирам.