Фамилия Седьков — одна из тех, где основа на первый взгляд прозрачна, но при ближайшем рассмотрении даёт неожиданный поворот. Если отбросить суффикс -ов, указывающий на принадлежность (чей? — сын Седька), остаётся корень Седьк-. Сразу напрашивается связь с числительным «семь»: Седько — это тот же Седьмой, только в уменьшительно-бытовой форме. В старину детей нередко называли по порядку рождения: Первой, Второй, Третьяк, Шестак, Седьмак. Седько — явно «седьмой ребёнок» или «родившийся в седьмом месяце».

Однако есть и другая версия, менее очевидная, но исторически весомая. В псковских и новгородских говорах словом «седь» называли глухое место, чащу, заросль. Человек, живший в такой глуши или у леса, мог получить прозвище Седько. В этом случае фамилия оказывается не счётной, а топографической — указывает на характер местности, где поселился предок. Учитывая, что фамилии на -ов/-ев в основном закрепились в центральных и северных губерниях, а псковско-новгородский диалект давал немало прозвищ, эта версия не менее правдоподобна.

Суффикс -к- в основе Седьк- типичен для русских неканонических имён и прозвищ XVI–XVII веков: он придаёт уменьшительно-ласкательный или обиходный оттенок. Сравните: Ивашко, Петрушка, Седько. По модели образования фамилия Седьков стоит в одном ряду с Шестаковым, Девятковым, Першиным (от Перша — Первой). Но в отличие от них, у Седькова есть редкая особенность: если принять лесную версию, то это не порядковое имя, а прозвище по месту жительства, что среди «числовых» фамилий встречается редко.

Географически фамилия нешироко, но устойчиво встречается в Вологодской, Костромской и Кировской областях — на территории бывших северных уездов, где были сильны традиции прозвищ и где лесистая местность вполне могла дать повод для прозвища Седько. В документах XVIII века Седьковы фигурируют как крестьяне и однодворцы — сословия, в которых фамилии чаще всего и образовывались от бытовых имён.

Таким образом, у Седькова две равновероятные линии: либо предок был седьмым по счёту в семье, либо жил в глухом лесистом месте. Обе версии рабочие, и без точного знания диалекта той местности, откуда пошёл род, выбрать между ними сложно. Но в любом случае фамилия — не случайный набор звуков, а метка, за которой стоит живая бытовая история.