Фамилия Сетин — одна из тех, что кажется простой и прозрачной, но при ближайшем рассмотрении открывает целый пласт народных верований и книжной культуры. Ответ на главный вопрос — откуда она взялась — лежит на поверхности: в основе лежит прозвище Сетя, которое восходит к нарицательному слову «сеть». Проще всего предположить, что так называли рыболова или птицелова, чей промысел напрямую зависел от этого орудия лова.

Однако за бытовым прозвищем тянется длинный шлейф значений. Сеть — это не просто переплетение нитей. Её символика определяется наличием ячеек и узлов, и эта символика раздваивается в зависимости от традиции. Почитание и ритуальное использование сетей известно по древнеславянским источникам ещё с XIII века. В народной, фольклорной среде сеть выступала как предмет-оберег: считалось, что её переплетения запутывают и отталкивают нечистую силу, выполняя чисто мифологическую функцию защиты.

Совсем иначе сеть осмыслялась в христианской, книжной традиции. Здесь она становится символом силы притягательной, обращающей людей к добру. Основа этого — известный евангельский эпизод: встреча Христа с братьями-рыболовами Симоном, которого позже назовут Петром, и Андреем. Они закидывали сеть в Галилейское озеро, когда услышали: «Идите со мною, и я сделаю вас ловцами человеков». И братья, оставив сети, последовали за Христом. Так невод из орудия ловли рыбы превращается в метафору ловли душ, а прозвище Сетя могло нести и этот оттенок — человека, зовущего за собой, или того, кто сам откликнулся на призыв.

Сама модель образования фамилии типична для русской ономастики: суффикс -ин указывает на принадлежность. Сетин — это «сын Сети», потомок человека, за которым закрепилось прозвище Сетя. Такая форма характерна для фамилий, образованных от слов с конечным -а или -я, и она старше, чем кажется: подобные именования фиксировались в документах задолго до того, как прозвища окончательно превратились в наследственные фамилии. Что именно — рыболовный промысел, птицеловство или евангельский подтекст — послужило поводом для прозвища, сегодня сказать сложно, но все три версии имеют равное право на существование.