Фамилия Сиконин — одна из тех, где сразу бросается в глаза суффикс -ин. В русской ономастике этот суффикс — верный признак «фамилии-притяжательности»: он отвечает на вопрос «чей?». Сиконин — значит «сын Сикони» или «человек из рода Сикони». А вот с основой Сикон- всё сложнее: в древнерусских документах, словарях и летописях такого имени или прозвища в чистом виде почти не встречается, поэтому приходится строить версии.

Самое прямое объяснение лежит в диалектной лексике. В русских говорах, особенно северных и сибирских, словом «сиконя» или «сикун» могли называть человека с каким-то заметным дефектом речи — например, шепелявого или того, кто «сикает», то есть не выговаривает шипящие. Такие прозвища по физическим особенностям давали очень часто: Сиконя могло закрепиться за человеком, который говорил невнятно или с присвистом. От прозвища Сиконя закономерно пошла фамилия Сиконин — «внук Сикони».

Вторая версия, менее вероятная, но имеющая право на существование, — связь с глаголом «сикать» в значении «мочиться» (детское, диалектное). В старину нередко давали «банные» или «срамные» прозвища, но они обычно не переходили в фамилии, если не закреплялись за целым родом. Скорее всего, если такое значение и было, то оно вторично по отношению к речевому недостатку.

Географически фамилия Сиконин редкая. Основной ареал — Центральная Россия и Поволжье, с небольшими вкраплениями на Урале. В дореволюционных переписях её носители чаще всего оказывались крестьянами или мещанами, то есть людьми из податных сословий. Дворянских родов с такой фамилией не зафиксировано.

Интересная деталь: в некоторых старообрядческих слободах встречается вариант написания Секоннин — с двойным «н» и через «е». Это, скорее всего, результат местного произношения (аканья) или ошибки писаря, который не знал точного корня. Такие расхождения — хорошая подсказка для генеалогического поиска: если ищете предков, проверяйте оба написания.

Таким образом, Сиконин — фамилия, образованная от прозвища, скорее всего, по речевой особенности предка. Никакой сложной истории, но зато живое напоминание о том, как в русской деревне метко и без обиняков давали имена, которые потом передавались по наследству.