Фамилия Сирото звучит необычно для русского уха — и дело не только в ударении. В ней нет типичных фамильных суффиксов -ов, -ин или -ский, которые в русском языке «приклеивают» основу к роду. Форма Сирото — это застывшая краткая форма прилагательного или прозвища, что характерно для украинской, белорусской и южнорусской традиции. По сути, это слово «сирота» в именительном падеже, но с окончанием -о: так в малороссийских говорах могли называть человека, причём не обязательно в прямом смысле.

Корень фамилии прозрачен: сирота. В древнерусском языке это слово означало не только ребёнка, потерявшего родителей, но и вообще одинокого, беспомощного человека, бедняка. Прозвище Сирота давали не только круглому сироте — иногда так называли младшего сына, который не получил наследства, или пришлого человека без родни, «голяка». В казачьей среде, например, «сиротами» могли именовать безземельных или бедных казаков. Фамилия Сирото — это не «чей-то сын», а прямое прозвание: «он и есть сирота».

Географически фамилия тяготеет к западным и южным областям бывшей Российской империи. Встречается на Украине (особенно в Черкасской, Полтавской, Киевской губерниях), в Беларуси и в южнорусских регионах — Курской, Воронежской, Ростовской областях. Форма без суффикса — Сирото, а не Сиротин или Сиротов — указывает на украинское происхождение. В русских переписях XVII–XVIII веков такую модель фиксировали в «черкасских» списках, то есть у выходцев с Украины.

Интересная деталь: у фамилии Сирото есть «двойники» с тем же корнем, но с разными суффиксами: Сиротин, Сироткин, Сиротюк, Сиротенко. Все они образованы от одного прозвища, но показывают, в какой среде и по какой модели закрепилась фамилия. Сирото — самый архаичный вариант, без «украшений», и это говорит о том, что прозвище стало фамилией раньше, чем в моду вошли суффиксы принадлежности. Ономаст Б. Унбегаун в своём труде «Русские фамилии» относил подобные бессуффиксные формы к древнейшему пласту, особенно распространённому на украинских землях.

Сегодня носители фамилии Сирото рассеяны по России, Украине и Беларуси, но численно она остаётся редкой. Встретить её можно в архивах переселенцев на Кубань и в Сибирь — потомков тех самых «сирот», которые уходили на новые земли в поисках доли.