Фамилия Скоробогата в буквальном смысле означает «быстро обогатившийся». Такое прозвище давали человеку, в жизни которого произошло некое событие, позволившее ему в короткий срок приобрести значительные материальные блага. Однако не стоит думать, что речь всегда шла о честном труде: иногда прозвище закреплялось иронично, за хвастовство или неожиданную удачу, а порой и за умелую торговлю, где барыш достигался быстротой и смекалкой.

Словообразовательная модель здесь необычна. Большинство русских фамилий строится по схеме «основа + суффикс принадлежности»: Скоробогатов, Скоробогаченко, Скоробогатько. Форма Скоробогата — это не суффиксальное образование, а субстантивированное прилагательное или краткая форма, застывшая в роли фамилии. Такие «окаменевшие» прилагательные в женском роде встречаются реже, чем в мужском, и обычно указывают на прямое прозвище родоначальника: Скоробогата — та, кого так называли, или же фамилия вдовы, записанной по прозвищу покойного мужа.

Подобные фамилии в форме прилагательных характерны для районов европейского севера России, Черноземья и Сибири. Там переписчики нередко фиксировали прозвище как есть, без добавления патронимического суффикса. Поэтому потомок человека, обладающего прозвищем Скоробогат, со временем мог получить фамилию Скоробогата — особенно если речь шла о женщине-главе семьи или о закрепившемся в документах имени вдовы.

Корень фамилии составной: «скоро» (быстро) и «богат» (имущий, состоятельный). В древнерусском языке слово «богатый» имело оттенок не только материального достатка, но и божественного дара, удачи. Так что прозвище могло нести и оттенок «обласканный судьбой». В ономастических трудах Б. Унбегауна подобные составные прозвища отмечены как типично русский способ именования по характерному качеству или событию.

Встречаются и родственные фамилии: Скоробогатов, Скоробогач, Скоробогатько. Но форма Скоробогата выделяется тем, что сохранила архаичное окончание прилагательного без типичного «-ов». Это делает её ценной для историков: такие формы часто указывают на раннюю фиксацию, когда фамилия ещё не прошла унификацию по церковным и гражданским стандартам XIX века.

Известных носителей с такой точной формой фамилии в публичном поле немного, что неудивительно: это редкий вариант. Но именно редкость и сохранённая грамматическая старина делают её интересной для тех, кто ищет свои корни в северных и сибирских переписных книгах.