Фамилия Слюнина звучит для современного уха почти комично, но за ней стоит несколько разных историй, и выбрать одну-единственную не всегда возможно. Проще всего объяснить её происхождение от прозвища Слюня, Слюнка. Чаще всего так родители ласково называли маленького ребёнка, который ещё не умел держать слюни. Но прозвище закреплялось и за взрослым — за человеком нерешительным, робким, неопытным, несамостоятельным. В этом значении оно работало как меткая бытовая характеристика, которая приклеивалась к человеку на всю жизнь и переходила к его детям уже в виде фамилии.

Есть и менее очевидная версия, связанная с карточной игрой. В среде шулеров слюной или слюнкой называли помеченные карты: их смачивали особым образом, чтобы опытный игрок мог узнать нужную масть или достоинство на ощупь. Если принять эту версию, прозвище Слюня мог получить ловкий картёжник, знаток азартных игр, человек, для которого крапленые карты были рабочим инструментом. Эта гипотеза уводит нас от «мокрого» бытового образа в сторону профессионального жаргона XVIII–XIX веков, хотя и остаётся менее распространённой, чем «детская».

Словообразовательная модель здесь простая и типичная для русских фамилий: суффикс -ин указывает на принадлежность, отвечая на вопрос «чей?», то есть Слюнина — дочь или жена Слюни. Такая форма чаще встречается на севере и в центральных областях России, где притяжательные фамилии на -ин образовывались от слов с конечным -а/-я. Фамилия относится к древнему пласту: первые упоминания о ней датируются XVI веком, когда прозвища окончательно закреплялись за родами и начинали передаваться по наследству.

Среди известных носителей фамилии — Николай Васильевич Слюнин (1850 года рождения), врач, чья биография даёт редкую возможность увидеть, как выглядела жизнь человека с таким прозвищем в XIX веке. Он воспитывался в Белгородской духовной семинарии, затем поступил в Медико-хирургическую академию, которую окончил в 1882 году. Слюнин много путешествовал по России, изучал народные лекарства и описывал минеральные воды в специальных медицинских журналах. Во время плаваний он собирал антропологические и зоологические коллекции, а также занимался исследованием котикового вопроса — так в то время называли проблему промысла морского котика на Дальнем Востоке. Для своего времени это была фигура заметная: земский врач, исследователь и путешественник, оставивший след в науке.

Интересно, что фамилия не получила широкого распространения в дворянской среде — она оставалась фамилией разночинцев, духовенства и крестьянства, что подтверждает её «прозвищное» происхождение от бытового слова. Сегодня Слюнины встречаются по всей России, но чаще всего — в северных областях и в Сибири, куда потомки тех самых врачей, семинаристов и крестьян уезжали в поисках новой жизни.