Фамилия Сперанко — редкий пример искусственного именования, которое прижилось в украинской среде. Её основа — латинское слово sperans, то есть «надеющийся». Такую фамилию чаще всего давали в духовных училищах: её получал прилежный семинарист, на которого наставники возлагали особые надежды. Подобная практика была распространена в Российской империи, где будущим священникам нередко меняли фамилии на более благозвучные, часто с латинской или греческой основой.

Историю этой модели хорошо иллюстрирует судьба знаменитого государственного деятеля Михаила Сперанского (1772–1839). По отцу он носил фамилию Михайлов, а Сперанским стал уже в семинарии — именно как подающий надежды ученик. Фамилия Сперанко, очевидно, возникла из того же источника, но уже на украинской почве, где суффикс -ко выполнял роль уменьшительно-притяжательного и одновременно указывал на принадлежность к роду. То есть Сперанко — это, по сути, «сын или потомок Сперанского», а в более широком смысле — человек из семьи того самого «надёющегося».

Интересно, что фамилия сохранила книжный, «учёный» оттенок. В отличие от большинства украинских фамилий, образованных от народных прозвищ, ремёсел или имён, Сперанко несёт след семинарской традиции. Носитель такой фамилии вряд ли был крестьянином или казаком — скорее, его предок имел отношение к церковной среде или получил фамилию от священника при записи в метрическую книгу.

Отдельного внимания заслуживает написание. В русском языке фамилию часто искажают, добавляя окончание -ий: Сперанко превращается в Сперанского. Однако украинская форма с конечным -о — самостоятельная и самодостаточная, она не склоняется по падежам в мужском роде и указывает на западно- или центральноукраинское происхождение рода. Встречаются и варианты с удвоенной согласной — Спераннко, но они редки и, скорее всего, возникли из-за ошибок писарей.

Таким образом, фамилия Сперанко — это не просто семейное прозвание, а маленький памятник образовательной политике прошлого, когда фамилию могли «сконструировать» искусственно, но она приживалась и передавалась дальше уже как полноценный родовой знак.