Фамилия Ставрунов — один из тех случаев, когда корень слова не оставляет сомнений в происхождении, но при этом открывает неожиданные исторические пласты. Основа здесь — «ставрун», что напрямую связано с греческим «ставрос» (σταυρός) — крест. В русском языке это слово закрепилось в двух ипостасях: как обозначение христианского символа и как часть прозвищ, связанных с церковной или монашеской средой. Суффикс -ов указывает на типичную модель образования русских фамилий от прозвищ или именований отцов: Ставрунов — буквально «сын Ставруна».

Кем мог быть тот самый Ставрун? Скорее всего, прозвище дали человеку, имевшему прямое отношение к кресту: либо монаху, который носил большой нательный крест, либо мастеру, изготавливавшему кресты, либо даже священнику. В южнорусских и украинских говорах «ставрун» иногда употреблялось как ироничное прозвище для набожного или слишком усердного в вере человека. Не исключено, что прозвище закрепилось за выходцем из греческих или балканских земель, где «ставрос» — обиходное слово, а затем обрусело с помощью типичного суффикса.

Географически фамилия тяготеет к югу России и Украине, особенно к регионам, где исторически было сильно греческое влияние — Крым, Причерноморье, земли Войска Донского. В старых переписях и метрических книгах Ставруновы встречаются среди казачества и мещан, реже — среди крестьян. Это объяснимо: казачья среда активно впитывала греческие и тюркские элементы, а фамилии на -ов там образовывали даже от явно нерусских основ.

Интересно, что фамилия не получила широкого распространения: она редкая, почти штучная. В отличие от массовых «крестовых» фамилий вроде Крестов или Крестовских, Ставрунов сохранила архаичную, книжную основу, что указывает на возможное происхождение от одного конкретного рода, а не от случайного прозвища. Возможно, первый носитель был церковнослужителем или монахом, чье прозвище закрепилось за потомками уже как фамилия, минуя стадию уличного прозвища.

Есть и менее очевидная версия: «ставрун» могло быть вариантом тюркского имени или прозвища, переосмысленного под влиянием греческого. Но она слабая — ни в одном тюркском языке нет близкого по звучанию слова с подходящим значением. Так что греческий след остается основным и наиболее убедительным.