Фамилия Стеклов напрямую связана со словом «стекло», но не спешите представлять предка-стеклодува или владельца стекольной мастерской. Чаще всего так на Руси называли не ремесленника, а человека с необычной внешностью. Прозвище Стекло могли дать тому, у кого были очень светлые, «прозрачные» глаза, или же обладателю звонкого, чистого голоса. Возможен и другой вариант: так дразнили обидчивого человека, который легко «застывал» в обиде или, наоборот, был хрупким и ранимым, как стекло. Смысл прозвища зависел от того, кто и за что его дал, а это всегда индивидуальная история.

Сам механизм образования фамилии прост и типичен для русского языка: потомка человека с прозвищем Стекло называли «Стеклов сын», то есть сын Стекла. Со временем притяжательное прилагательное с суффиксом -ов закрепилось как фамилия, отвечающая на вопрос «чей?». Такой способ словообразования — самый массовый в русской ономастике, он же породил тысячи фамилий от личных имён, профессий и прозвищ.

Интересно, что однокоренные фамилии — Стеклянников, Стеклянкин, Стекловский — почти наверняка имеют другое происхождение. Они, скорее всего, указывают на реальную профессию предка: мастера по изготовлению стеклянной посуды или торговца ею. А вот Стеклов в подавляющем большинстве случаев отсылает именно к прозвищу, а не к ремеслу. Хотя нельзя полностью исключать, что в каком-то отдельном роду фамилия закрепилась за потомками стеклодува, но для этого должны были сложиться особые местные условия.

Ещё одна деталь, которую часто упускают: слово «стекло» в древнерусском языке звучало иначе, а само прозвище могло быть связано не с современным значением, а с глаголом «стекать» или понятием «стекшийся», то есть собравшийся вместе. Однако эта версия маловероятна и не находит подтверждения в словарях прозвищ, поэтому основной остаётся связка с хрупким материалом.

Фамилия не указывает на конкретную географию: она встречается по всей территории России, но чаще в северных и центральных регионах, где было развито производство и где прозвища, данные по внешности, бытовали особенно широко. В документах XVII–XVIII веков можно найти крестьян и посадских людей с таким прозвищем, но массовое распространение фамилия получила уже после отмены крепостного права, когда крестьянам нужно было официально закреплять семейные именования.