Фамилия Страшкулич звучит необычно для русского уха, и это не случайно. Её основа, скорее всего, не связана с русским словом «страх» или «страшный», хотя такое народное переосмысление могло произойти на позднем этапе. На деле перед нами яркий пример фамилии, сформированной в западнославянском или балтийском ареале, а затем адаптированной в восточнославянской среде.

Ключ к разгадке — в суффиксе «-улич». В белорусской, украинской и польской ономастике фамилии на «-ич» (Страшкевич, Страшко) встречаются часто, а форма «-улич» указывает на конкретное прозвище или имя отца. Основа «Страшк-» восходит к западнославянскому имени Страшко — уменьшительной форме от Страшимир или Страхотка. «Страх» в этих именах означал не испуг, а «устрашающий врагов», «грозный в бою». Таким образом, Страшкулич — это «сын Страшка», то есть потомок человека, которого в округе звали Страшко. Такая модель типична для юго-западных регионов Беларуси и восточных районов Польши, откуда фамилия могла распространиться дальше.

Версия о прямом происхождении от прозвища «Страшкула» (человек, внушающий страх) менее вероятна, так как суффикс «-ула» в белорусском и украинском чаще даёт фамилии на «-уленко» или «-улин», а не на «-улич». Тем не менее, если прозвище Страшкула существовало, то Страшкулич могло означать «внук или сын Страшкулы». Обе гипотезы сходятся в одном: корень фамилии — не эмоция, а личное имя или прозвище, подчёркивающее силу или воинственность предка.

Сословно фамилия не была элитарной. В основном её носили крестьяне и мещане западных губерний Российской империи (Гродненской, Минской, Виленской). Встречаемость фамилии в России сегодня невысока, что подтверждает её локальное происхождение. Написание «Страшкулич» — результат адаптации польско-белорусского произношения к русской графике; в оригинале могло быть Struszkulicz или Straszkulicz с мягким «ш».

Таким образом, фамилия Страшкулич — не про страх, а про древнее славянское имя с боевым значением. Она рассказывает о предке, которого звали Страшко, и о том, что его род происходил с пограничья славянского мира, где переплетались белорусские, польские и литовские влияния.