Фамилия Стрыжко звучит по-белорусски и по форме, и по корню, но сразу заметна её особенность: в ней нет типичного для большинства русских фамилий суффикса -ов/-ев или -ин. Окончание -ко — характерный признак украинских и белорусских фамилий, где оно играет роль уменьшительно-ласкательного суффикса. Поэтому Стрыжко — это не «сын Стрыжа», а скорее «маленький Стриж» или «Стрижонок», то есть прозвище, которое закрепилось за человеком и передалось потомкам без изменений.

Сам корень фамилии допускает две версии происхождения, и обе имеют право на жизнь. Первая связывает прозвище Стрыжко с белорусским словом «стрыжка» — «стрижка». В таком случае предок носителя фамилии мог быть парикмахером, брадобреем, либо человеком, который стриг овец. Вторая версия отсылает к слову «стрыж» — «стриж», той самой небольшой птице с длинными острыми крыльями, которая быстро летает и похожа на ласточку. Прозвища, образованные от названий птиц, были широко распространены в старину: так могли назвать быстрого, юркого, неуловимого человека, который «мелькает» в делах или в движении, как стриж в небе.

Какая версия правдоподобнее? Ономасты отмечают, что прозвища от названий птиц встречаются чаще, чем прозвища от ремесленных терминов, и они древнее. Кроме того, в белорусской традиции слово «стрыж» легко превращалось в ласкательную форму «Стрыжко» — так могли звать ребёнка или молодого парня за его резвость и подвижность. Версия с парикмахерским ремеслом тоже возможна, но она выглядит более поздней и «профессиональной»: ремесленные прозвища обычно давали взрослым людям и чаще закреплялись в форме с суффиксом -ук/-юк или -енко. Поэтому, скорее всего, фамилия Стрыжко возникла как прозвище по сходству с птицей — быстротой, стремительностью, лёгкостью.

Интересно, что фамилия сохранила белорусское написание с буквой «ы» — «Стрыжко», а не русифицированное «Стрижко». Это указывает на то, что род происходил с территории современной Беларуси или из западных областей России, граничащих с ней. Там подобные фамилии на -ко встречаются в большом количестве, но именно форма с «ы» выдаёт местный говор, в котором «и» после твёрдых согласных звучало как «ы». В документах XIX века такую фамилию могли записать по-разному — и через «и», и через «ы», — но в итоге закрепился именно белорусский вариант.