Фамилия Стыврина — редкий пример того, как народная память и церковные каноны расходятся, а имя, не попавшее в святцы, продолжает жить в прозвищах и фамилиях. В основе фамилии лежит личное именование Стывра, и здесь открывается сразу два пласта истории: книжный, древнегреческий, и бытовой, балтийский. Разбираем оба.

Первая версия связывает Стывру с древним именем Ставр, которое в переводе с древнегреческого означает «крест». В официальные церковные календари Русской православной церкви это имя никогда не входило, но в исторических источниках оно встречается. Самое известное упоминание — былинный богатырь Ставр Годинович, чья история представляет собой вариант общераспространённого в западноевропейском и славянском фольклоре сюжета о девушке-воине, освобождающей мужа. Летописи XII века сообщают и о новгородском сотском Ставре, который навлёк на себя гнев Владимира Мономаха и был заточен в погреб. Имя боярина Ставра Годиновича (Гордятинича) также выцарапано в настенных надписях XII века Киевского Софийского собора. Вероятно, тогда же сложилась песнь о Ставре, сидящем в погребах глубоких, к которой позднее присоединился рассказ о жене-освободительнице. Переход Ставр → Стывра мог возникнуть в народной речи, где греческое «а» нередко редуцировалось или менялось под влиянием местных говоров.

Вторая версия, не менее правдоподобная, предлагает смотреть на Стывру не как на книжное имя, а как на прозвище с балтийскими корнями. Литовский глагол stybrinti означает «идти на цыпочках», а латышское слово stiebrs — «стебель». Если так, прозвище Стывра могло указывать на особенности походки человека или на его внешность: высокий рост, стройность, худощавость. В пользу этой гипотезы говорит сам звуковой облик именования: сочетание «сты» непривычно для исконно славянских имён, но естественно для балтийских языков, с которыми русские земли активно контактировали на северо-западе.

Какая версия вернее? Скорее всего, обе имеют право на существование, но балтийская выглядит органичнее для прозвища, которое потом стало фамилией. Имя Ставр хоть и встречалось, но оставалось редким и книжным, тогда как прозвища на «-ывр-» и «-ытр-» типичны для северо-западных говоров. К тому же фамилия Стыврина с суффиксом -ин указывает на притяжательную модель «чей?» — сын, потомок Стывры. Такая модель характерна для имён и прозвищ, оканчивающихся на -а, -я, и широко распространена в северных и центральных русских землях.

Потомок человека по прозвищу Стывра со временем получил фамилию Стыврина. Если исходным было имя Ставр, то фамилия сохранила память о христианском символе креста, пусть и не канонизированном. Если же прозвище, то она указывает на живую черту предка — его манеру ходить на цыпочках или высокий, стебельный рост. В любом случае, такая фамилия — редкость, и её носители могут считать себя наследниками либо былинной традиции, либо балтийского пограничья.