Фамилия Сухотская — редкий пример того, как охранительное имя, призванное обмануть болезнь, закрепилось в родовом прозвании. Вопреки пугающему созвучию, её основа напрямую связана с польским словом suchoty, то есть «чахотка». Нарекая младенца Сухотой, родители сознательно использовали имя-оберег: считалось, что злая сила или хворь, увидев столь «подходящее» имя, не тронет ребёнка, и он вырастет здоровым и крепким. Подобная логика — назвать ребёнка словом с негативным смыслом, чтобы отвести беду, — встречается у многих славянских народов.

Сама фамилия образована по типичной для славянского мира модели: от личного имени Сухота через притяжательный суффикс -ск-, указывающий на принадлежность роду. Первоначально форма Сухотская отвечала на вопрос «чья ты?» и означала «дочь или жена Сухоты». Со временем, когда фамилии закрепились за потомками, связь с конкретным предком стёрлась, и осталось родовое имя.

Интересно, что имена, состоящие из двух корней вроде Доброслава («добрая слава») или Яромира («сильный народ»), в ономастике восточных, западных и южных славян соседствуют с такими одноосновными прозвищами, как Сухота. Это напоминает о том, что личные имена могли возникать не только от пожеланий качеств, но и от бытовых наблюдений или суеверий. Сухота здесь — не характеристика человека, а скорее защитный талисман в словесной форме.

В польской традиции, откуда, вероятно, пришло слово, suchoty долго оставалось обиходным названием туберкулёза. Поэтому не стоит искать в фамилии указание на худобу или сухость предка — смысл глубже и связан с народной медициной и верой в силу имени. Потомок человека по имени Сухота, получив фамилию Сухотская, унёс в будущее не память о болезни, а оберег, который когда-то должен был защитить родоначальника.