Фамилия Сысолятиг — редкий и яркий пример того, как региональные особенности русского языка закрепились в фамильном имени. В ней сразу бросается в глаза необычный финал «-иг», который встречается далеко не во всех областях России. Это не опечатка и не искажение: перед нами фамилия, образованная по модели, характерной для северных и северо-западных говоров, где вместо привычного «-ов» или «-ин» использовали суффикс «-их» или его фонетический вариант «-иг» (как, например, в фамилиях Скорых, Глухих, но с заменой «х» на «г» на письме или в произношении). Такой суффикс указывал на принадлежность к роду: Сысолятиг буквально означал «из семьи Сысоляты».

Основа фамилии — прозвище или нецерковное имя Сысолята. Оно образовано от имени Сысой (каноническая форма Сисой, от греческого «равный, одинаковый») с помощью уменьшительно-ласкательного суффикса «-ят-» (ср. телята, ребята). Сысолята — это «маленький Сысой» или «сын Сысоя». Имя Сысой было распространено на Руси, особенно в крестьянской среде, и нередко становилось основой для фамилий: Сысоев, Сысойкин, Сысунов, но форма Сысолятиг выделяется своей архаичностью и привязкой к местному говору.

Географически такие фамилии на «-их» (и «-иг») типичны для бывших новгородских земель, Вологодчины, Архангельской области, а также для Урала и Сибири, куда переселенцы принесли свой говор. Скорее всего, предки носителя фамилии жили в одном из этих регионов и принадлежали к крестьянскому сословию. Фамилия не получила широкого распространения и осталась редкой, что делает её ценным маркером локальной истории — она не «выравнивалась» под общерусские стандарты, а сохранила живую диалектную черту.

Словообразовательный разбор показывает, что фамилия прошла два этапа: сначала от имени Сысой через суффикс «-ят-» получилось прозвище Сысолята (как называли младшего в роду или сына), затем к нему добавили патронимический суффикс «-иг», закрепивший родовую принадлежность. Похожие по модели фамилии — Борзятиг, Корятиг, но они ещё реже. В отличие от массовых фамилий на «-ов», Сысолятиг не говорит о профессии или черте характера предка, а прямо указывает на его имя и на то, как в его деревне или волости строили фамильные прозвания. Это не ошибка писаря, а живой след севернорусской ономастики.