Фамилия Табуровы — один из тех случаев, когда за привычным русским окончанием -ов может скрываться неожиданно пёстрая история. Если отбросить шаблонные рассуждения, то перед нами классическая «прозвищная» фамилия: её основа — личное прозвище Табур, которое в XV–XVII веках было вполне обычным делом дать человеку в дополнение к крестильному имени. Суффикс -ов указывает на принадлежность: Табуров буквально означает «сын Табура», «из рода Табура». Такая модель была самой распространённой на Руси, поэтому фамилия легко вписалась в общерусскую традицию, даже если корень у неё не славянский.

Главная интрига — в значении самого прозвища, и здесь исследователи предлагают как минимум три версии. Первая отсылает к диалектным словам, которые звучат почти одинаково, но означают разные вещи. В сибирских говорах табуркой называли подвижную скобку или стрелку на безмене — простых весах, где гиря скользит по стержню. Такую деталь хорошо знал бы продавец или торговец, которому ежедневно приходилось взвешивать товар. В архангельских говорах табурка — это чурка в основании печи, и тогда прозвище могло закрепиться за печником или мастером, строившим печи. Обе трактовки вполне бытовые и правдоподобные: прозвища часто давали по профессии или инструменту, который был у человека на виду.

Вторая гипотеза уводит в степь. В древнетюркском языке слово «табур» означало «богатство, обоз, караван». Для русского уха это звучит экзотично, но не невозможно: на южных рубежах Руси контакты с тюркскими народами были постоянными, и прозвища тюркского происхождения встречались сплошь и рядом. Если следовать этой версии, Табуром могли прозвать зажиточного человека, владельца каравана или того, кто вёл торговые обозы. Впрочем, прямых доказательств, что предки Табуровых были купцами или караванщиками, нет — это лишь предположение, основанное на созвучии.

Третья версия — самая редкая и самая сомнительная. Её связывают с монгольским словом tobur — «шарообразный». Отсюда делают вывод, что прозвище могло описывать внешность: невысокого плотного человека с округлой фигурой. Звучит логично, но такие антропонимические параллели с монгольским языком для русских фамилий единичны, и принимать эту гипотезу всерьёз без дополнительных региональных данных не стоит. Скорее всего, если корень и восточный, то тюркский, а не монгольский.

Что в итоге? Фамилия Табуровы — яркий пример того, как одно короткое прозвище может нести сразу несколько культурных пластов: и славянский диалектный быт, и возможное восточное влияние. Выбрать одну версию уверенно нельзя — слишком мало письменных источников о конкретных Табурах. Но именно эта многозначность и делает фамилию интересной: за ней может стоять и мастер-печник из Архангельской губернии, и сибирский торговец с безменом, и человек с восточными корнями. Окончательно прояснить историю конкретной семьи можно только через генеалогическое исследование: поиск по метрическим книгам, ревизским сказкам и переписям покажет, где именно фамилия встречалась чаще всего, и тогда одна из версий станет убедительнее других.