Фамилия Танашкин — один из тех случаев, когда на слух всё кажется простым и ясным, а на деле сразу упираешься в загадку. Суффикс -ин указывает на принадлежность: Танашка — чей? — Танашкин. Значит, в основе лежит личное имя или прозвище Танашка. Но откуда оно взялось?

Самая прямая и логичная версия — это производная форма от крестильного имени Афанасий. В русской народной традиции имя Афанасий дробилось на десятки уменьшительных вариантов: Афоня, Фаня, Фоша, Танай, Тананя. Форма Танашка — результат усечения и добавления суффикса -шк-, который в дофамильную эпоху придавал имени ласкательный или бытовой оттенок. То есть Танашка — это «Афанасий» в домашнем обиходе. Соответственно, Танашкин — «сын Танашки» или «потомок Афанасия». Эта модель образования типична для центральных и южных областей России, где имя Афанасий было чрезвычайно распространено.

Вторая версия, менее вероятная, но имеющая право на существование, — связь с тюркским корнем. В некоторых тюркских языках есть слово, звучащее как «танаш» или «таныш» — знакомый, известный. Прозвище Танаш мог получить человек общительный или, наоборот, тот, кого все знали в округе. Однако против этой гипотезы говорит русский суффикс -ин: фамилии с тюркской основой чаще оформлялись через -ов/-ев (Танашев), а -ин характерен для славянских прозвищ и имён на -а/-я.

Что касается географии, фамилия Танашкин встречается не повсеместно, а тяготеет к регионам, где было сильно влияние рязанских, тамбовских и пензенских говоров. В этих местах имя Афанасий в народной речи нередко сокращали до «Танас» или «Танаша». Сословно носители фамилии относились к крестьянам и однодворцам, то есть к тем слоям, где фамилии закрепились поздно — в XVIII–XIX веках — и часто фиксировались по отцу или деду. Дворянских родов Танашкиных в гербовниках нет, что тоже подтверждает «народное» происхождение.

Интересная деталь, которую редко замечают: в некоторых архивных записях XIX века фамилию писали через «о» — Тонашкин. Это не ошибка, а следствие акающего произношения: в безударной позиции «а» звучало как «о», и писарь записывал на слух. Такие варианты встречаются в метрических книгах Тамбовской губернии, что ещё раз привязывает фамилию к южнорусскому диалектному ареалу.