Фамилия Темиш — редкая и компактная, но её происхождение не так очевидно, как может показаться. В русской ономастике фамилии такого типа обычно имеют либо тюркские, либо славянские корни, и в случае Темиш есть обе версии, одна из которых заметно весомее.

Самый прямой путь — разбор окончания. Фамилия оканчивается на -иш, что нехарактерно для типичной русской модели (-ов, -ин, -ский). В славянских языках суффикс -иш встречается в прозвищах или уменьшительных формах от глаголов (например, «темиш» могло быть формой от «темнить» — делать тёмным, хитрить). Однако такая версия остаётся гипотетической: в древнерусских говорах и письменных источниках слово «темиш» не зафиксировано как нарицательное.

Гораздо убедительнее тюркская версия. Фамилия могла возникнуть от тюркского имени или прозвища Темиш, которое восходит к слову «темир» — железо. В тюркских языках переход «р» в «ш» встречается в диалектах и при адаптации имён на русской почве: Темир → Темиш. Такое прозвище давали человеку крепкому, несгибаемому, либо кузнецу по металлу. Подобные фамилии (Темиров, Темирханов) широко распространены у татар, башкир, казахов, а форма Темиш могла закрепиться у крещёных татар или в среде казачества, где смешивались тюркские и славянские антропонимы.

С точки зрения географии, фамилия Темиш встречается в основном на юге России и в Поволжье — в зонах активных контактов с тюркским населением. Единичные носители есть на Кубани и в Ростовской области, что косвенно подтверждает связь с казачьей средой. В центральных и северных регионах России фамилия почти не фиксируется.

Словообразовательная модель проста: фамилия не имеет суффикса, а представляет собой застывшее прозвище или имя в исходной форме. Это так называемые «неоформленные» фамилии, которые не склонялись по падежам как прилагательные, а оставались неизменными. В русской традиции такие фамилии чаще встречались у выходцев из тюркской среды, реже — у украинцев или белорусов.

Таким образом, наиболее вероятно, что предки носителей фамилии Темиш — люди с тюркскими корнями, жившие на южных рубежах России, и их прозвище означало «железный», «крепкий как железо». Славянская версия маловероятна из-за отсутствия подтверждений в древнерусских говорах и письменных памятниках.