Фамилия Тертий — один из тех нечастых случаев, когда в основе фамилии лежит не уличное прозвище и не профессия, а редкое календарное имя. Тертий — это мужское имя латинского происхождения, означающее «третий». В римской традиции так называли третьего сына (по аналогии с Прим — первый, Секунд — второй). В святцах оно сохранилось благодаря нескольким раннехристианским святым, в том числе апостолу от семидесяти Тертию, который, по преданию, был писцом апостола Павла и записал Послание к Римлянам.

Модель образования проста и архаична: фамилия совпадает с полной формой имени без какого-либо суффикса. Это так называемые «семинские» фамилии, которые в XVI–XVII веках чаще всего встречались в среде духовенства. Священники при поступлении в семинарию нередко получали фамилию по имени святого, и Тертий здесь — прямое указание на церковное имя либо самого носителя, либо его отца. В крестьянской и купеческой среде такое бессуффиксное оформление встречалось реже, поэтому основная гипотеза — фамилия семинарского происхождения.

В отличие от подавляющего большинства русских фамилий на -ов/-ев или -ин, Тертий не склоняется по падежам как типичная фамилия (Тертий, Тертию, Тертием), что создаёт путаницу: многие воспринимают её как имя и отчество. Эта грамматическая особенность — дополнительный маркер её книжного, искусственного происхождения. В дореволюционных метрических книгах можно встретить варианты написания: Тертиев, Тертьев — попытка «причесать» фамилию под привычную модель, но основная форма устоялась именно как Тертий.

Географически фамилия рассеяна, но заметные очаги — центральные губернии России и Поволжье, что совпадает с зонами плотного размещения сельских приходов. Встречается и у старообрядцев, которые также чтили память апостола Тертия. Поскольку имя было редким уже в XIX веке, носителей фамилии немного, и она хорошо сохраняет память о конкретном святом, а не о бытовом прозвище.

Таким образом, Тертий — не про «третьего» в семье, а про церковную традицию именования. Фамилия не имеет отношения к ремеслу или внешности предка, зато прямо связывает носителя с раннехристианским миром и русской семинарской культурой.