Фамилия Теслина напрямую рассказывает о ремесле предка. В её основе лежит прозвище Тесля, которое в старину давали не по имени или внешности, а по делу, которым человек кормился. Тесла — это плотницкий инструмент, разновидность топора с поперечным лезвием, которым выдалбливали пазы, чаши срубов и корыта. Поэтому Теслей называли плотника, древотеса или краснодеревщика — мастера, который не просто рубил стены, а работал начисто, создавая детали и утварь.

Слово «тесла» происходит от глагола «тесать» — обтёсывать, срезать лишнее с поверхности дерева. В русских говорах это слово бытовало широко, а прозвище Тесля встречалось повсеместно: от северных деревень, где плотницкое дело было главным промыслом, до южных губерний. Сама фамилия образована по простой и понятной модели: к основе Тесл- добавили суффикс -ин, который указывает на принадлежность. Первоначально форма Теслина отвечала на вопрос «чья ты?» и означала «дочь, жена или вдова Тесли». Так в русской традиции нередко закреплялось семейное прозвище за женщинами, а уже от них — за детьми.

Интересно, что фамилия Теслина сохранила в себе и мужскую, и женскую ветвь. Мужской вариант — Теслин — встречается чаще, но форма на -а не является ошибкой или искажением. Она отражает живую народную традицию, где фамилия могла «застыть» в женской форме, если хозяйкой двора или главой семьи долгое время оставалась женщина. В документах XIX века такие случаи не редкость: вдовы и солдатки записывались с прозвищем отца или мужа в родительном падеже, и эта форма закреплялась за потомками.

Однокоренные фамилии — Теслов, Теслёнок, Теслицкий — указывают на то же ремесло, но Теслина отличается именно личным, почти семейным оттенком. Если Теслов — это «сын Теслы», то Теслина — «из дома Тесли», что подчёркивает связь с конкретным двором или родом. В этом смысле фамилия хранит память не только о занятии, но и о семейном укладе, где прозвище главы становилось именем всего дома.

Ударение в фамилии обычно падает на первый слог — Те́слина, хотя в некоторых говорах допустимо смещение на второй. Произношение зависит от местной традиции, но написание остаётся устойчивым. Сегодня носительницы фамилии встречаются по всей России, и каждая из них, сама того не зная, носит в паспорте память о предке, который умел превращать грубое бревно в ладный сруб или добротную лодку.