Фамилия Томашенко — типичный пример украинской семейной фамилии, построенной по модели «имя отца + суффикс принадлежности». Если разобрать её по косточкам, то основа — мужское имя Томаш, а суффикс -енко указывает на прямое родство: в старой украинской традиции так говорили о сыне, «Томашенко» буквально значило «сын Томаша». Со временем это отчество закрепилось за потомками и превратилось в родовое прозвание.

Само имя Томаш — западный и католический вариант апостольского имени Фома, того самого, что вошёл в поговорку как «Фома неверующий». В арамейском оригинале оно означало «близнец». На Руси имя бытовало в греческой форме Фома, а в Польше и Чехии, откуда оно пришло на украинские земли, укоренился вариант Томаш. Поэтому фамилия Томашенко — яркий маркер культурного пограничья: она соединяет православную основу с западной, латинской огласовкой имени.

Стоит сказать и о географии. Фамилия с таким суффиксом — одна из самых массовых в Украине, особенно на Левобережье и в Полтавской области, где модель на -енко доминировала уже в XVII–XVIII веках. Томашенко встречается и в Беларуси, и в Польше, но там чаще писали Томашевич или Томашевский — это уже другая словообразовательная ветвь, с суффиксами -евич и -евский, характерными для шляхетской и городской традиции.

Интересная деталь: в документах Российской империи фамилию могли записывать двояко — Томашенко и Томашенко с ударением на второй слог. Письменная фиксация зависела от писарей, которые нередко передавали украинское произношение через русскую орфографию, отсюда разнобой в написаниях Томашенко/Томашенко/Томашонко. Последний вариант — уже белорусское или североукраинское прочтение с аканьем.

Если говорить о предках, то носитель фамилии Томашенко почти наверняка происходил из казацкой или крестьянской среды. Фамилии на -енко в массе своей возникали среди свободного населения, а не среди знати, поэтому родословная тут обычно уходит в сельские приходы, а не в дворянские гербовники. Впрочем, это не делает историю фамилии беднее: за каждым таким родом стоит конкретный человек, которого в XVII веке соседи звали не иначе как «Томашів син» — сын Томаша.