Фамилия Торцаков — редкий случай, когда при внешней прозрачности корня истинное значение ускользает. На первый взгляд, основа «торц» сразу наводит на мысль о торце бревна или кирпича. Однако в русской ономастике фамилии от названий частей предметов почти не встречаются: плотника могли прозвать по инструменту (Топоров, Пилов), а не по детали. Поэтому версия с торцом как частью дерева или камня — самая слабая, хотя и самая очевидная.

Намного правдоподобнее, что Торцаков — это «географическая» фамилия, образованная от прозвища по месту жительства. В северных и центральных говорах «торцом» называли не только торец дома, но и перекрёсток, тупик или край улицы. Человек, живший на отшибе, в конце деревни, мог получить прозвище Торцак. Такие прозвища по расположению дома (Заугольников, Крайнев) — устойчивая русская модель.

Третья, менее известная версия отсылает к диалектному глаголу «торчать» в значении «упрямиться, стоять на своём». В этом случае Торцак — человек с характером, несговорчивый или, напротив, заметный, «выпирающий» из толпы. Суффикс -ак в русских прозвищах часто указывал на носителя яркого признака: Гуляк, Зевак, Кричак.

Фамилия образована по стандартной патронимической модели: прозвище Торцак плюс притяжательный суффикс -ов, то есть «сын Торцака». Встречается она преимущественно в центральных областях России, но нигде не образует плотных гнёзд. В старых ревизских сказках XIX века Торцаковы изредка фиксируются среди государственных крестьян — то есть не были ни дворянами, ни купцами, а принадлежали к самому многочисленному податному сословию.

Сравнение с однокоренными фамилиями показывает, что Торцов встречается чаще, но Торцаков — более архаичная форма, сохранившая диалектное окончание прозвища. Со временем «акающее» произношение могло закрепиться в написании, и фамилия осталась в том виде, в каком её слышали писцы.