Фамилия Требин в основе своей имеет прозвище Треба, и чтобы понять её смысл, нужно разобраться, что вкладывали в это слово наши предки. В древнерусском языке «треба» — это не просто просьба, а сакральное понятие: так называли жертвоприношение, а позже — церковный обряд, который совершают по желанию конкретного человека. Крестины, венчание, отпевание — всё это и есть требы. Отсюда и первая, самая вероятная версия: прозвище Треба могли дать человеку, имевшему отношение к этим обрядам. Речь не обязательно о священнике — это мог быть псаломщик, дьячок или человек, который помогал при богослужении. В языческие времена, задолго до христианства, требой называли жертву богам, поэтому корни прозвища могут уходить в очень глубокую древность, когда «требником» могли именовать жреца.

Есть и вторая трактовка, более приземлённая. Она связывает прозвище с глаголом «требовать» — настойчиво просить, добиваться своего. В этом случае Требой называли человека напористого, целеустремлённого, который не отступал перед трудностями и умел настоять на своём. Такое прозвище отражало характер, а не профессию. Обе версии имеют право на жизнь, но первая — через церковный обиход — выглядит убедительнее: слово «треба» в значении «обряд» было широко распространено в народной среде, а вот прозвища от глагола «требовать» встречаются реже.

Сама фамилия образовалась по стандартной для славян модели: к основе Треба добавили притяжательный суффикс -ин, который указывает на принадлежность. Требин буквально означает «сын Требы», «тот, кто из рода Требы». Такая модель типична для северных и центральных русских земель, где фамилии на -ин распространены так же широко, как и на -ов.

Отдельного внимания заслуживает редкость фамилии. В отличие от распространённых Ивановых или Кузнецовых, Требины встречаются нечасто, и это делает фамилию самобытным памятником славянской культуры. Она не стёрлась в череде поколений, сохранила свою форму и связь с древним словом, которое сегодня уже почти вышло из живого употребления.

Точное время и место возникновения фамилии назвать сложно. Процесс закрепления прозвищ за семьями шёл неравномерно: где-то фамилии устоялись уже в XV–XVI веках, а где-то — только в XIX. Сказать определённо, где именно жил первый Требин, можно лишь после серьёзных генеалогических изысканий, но это не умаляет того факта, что за фамилией стоит живая история — от языческих жертвоприношений до церковных обрядов, от настойчивого характера до фамильной гордости.