Фамилия Третьков — наглядный пример того, как порядковое числительное стало именем, а затем и фамилией. В её основе лежит древнерусское нецерковное имя Третьяк, которое давали третьему ребёнку в семье. Такие «порядковые» имена — Первак, Вторак, Третьяк, Четвертак — были широко распространены на Руси до XVII века, пока их не вытеснили календарные крестильные имена. Следовательно, предок носителя фамилии Третьков был человеком по прозвищу Третьяк.

Словообразовательная модель здесь проста и типична для русского севера и центра: к основе Третьяк- добавился патронимический суффикс -ов, означающий «сын Третьяка» или «принадлежащий Третьяку». Однако в написании фамилии произошёл фонетический сдвиг. В живой речи «Третьяков» часто произносили бегло, редуцируя [я] до [е] — так на письме закрепился вариант Третьков. Это не ошибка, а исторически сложившаяся форма, которая встречается в переписных книгах XVII–XVIII веков наряду с исходным Третьяков. Интересно, что в некоторых регионах, особенно в южнорусских говорах, написание могли «исправлять» обратно на Третьяков, считая его более правильным, но в северных и центральных губерниях (Ярославская, Костромская, Вологодская) прижился именно Третьков.

В отличие от фамилий на -их/-ых (например, Третьих), которые указывают на целый род («из дома Третьих»), Третьков — конкретная отчество, называющая одного человека. Это типичная «крестьянская» фамилия: она редко встречается у дворянства, которое чаще получало фамилии по географическим названиям или церковным именам. По переписям XIX века Третьковы — преимущественно государственные крестьяне и мещане северных уездов. Те, кто носит эту фамилию сегодня, могут с высокой долей вероятности проследить свои корни до крестьянского сословия центральной России, где третьего сына в семье действительно звали Третьяком.