Фамилия Трусевич звучит как типичное патронимическое образование, и это действительно так. Её основа — старинное русское прозвище Труса, которое в XV–XVI веках было вполне обычным личным именем, не имевшим сегодняшнего насмешливого оттенка.

Прозвище Труса многозначно. По одной версии, оно образовано от глагола «трусить» — «трясти сыпучее, посыпать чем-либо, точить, сыпать», а также «бежать или ехать рысцой». Тогда прозвище указывало на род занятий предка: торговец, сыплющий зерно, токарь, работающий с трухой, или садовод, посыпающий грядки. Вторая версия связывает основу с наездничеством: «трусить» — ехать рысцой, значит, Трусой могли прозвать умелого и опытного всадника.

Есть и третья, менее очевидная трактовка. В древнерусском языке слово «трус» означало не только «робкий человек», но и «землетрясение». В этом случае прозвище Труса отражало особенности характера — тревожность, боязливость — либо, наоборот, силу, сравнимую с природной стихией. Слабая гипотеза, но для средневекового прозвища возможная.

Исторические источники подтверждают, что Труса — не выдумка. С. Веселовский в своих ономастических работах упоминает Матвея Панфиловича Труса Воробина, жившего в середине XV века, и Еремея Трусюка, который в 1537 году ездил послом в Рим к папе. Эти записи показывают, что прозвище бытовало в разных слоях общества — от служилых людей до дипломатов.

Суффикс «-евич» в фамилии Трусевич указывает на отчество: её носил сын или потомок человека по прозвищу Труса. Такая модель характерна для белорусских и западнорусских фамилий, где притяжательная форма с «-ович/-евич» закреплялась за родом. Позже прозвище Труса, изначально присоединённое к наследственному имени, полностью заменило его и в повседневной жизни, и в официальных документах, дав начало фамилии, которую мы знаем сегодня.