Фамилия Церенов — один из ярких примеров того, как русская фамилия может быть образована от нерусского корня. В основе лежит имя Церен (вариант Церэн), широко распространенное у калмыков и монгольских народов. В переводе с калмыцкого «церен» означает «долгожитель», «долгая жизнь» или «долголетие». Это имя давали ребенку с пожеланием долгих лет, что было особенно важно в традиционной культуре, где детская смертность оставалась высокой. Таким образом, Церенов — это «потомок Церена», человек из рода того, кого назвали Долгожителем.

Словообразовательная модель здесь проста и типична для русской фамильной системы: к основе Церен добавили патронимический суффикс -ов. Этот суффикс указывает на принадлежность («чей?»), поэтому фамилия буквально читается как «сын Церена». Встречается и вариант Церенов, и Церенов — ударение может падать как на первый, так и на последний слог, в зависимости от местной традиции. Иногда в документах XIX века можно увидеть написание через «ё» — Церёнов, но это скорее исключение, связанное с особенностями записи фамилий в метрических книгах.

Географически фамилия Церенов привязана к регионам, где исторически проживали калмыки: это Калмыкия, Астраханская область, частично Ростовская и Волгоградская области. После депортации калмыков в 1943 году и их возвращения в 1950-х фамилия распространилась шире, но её ядро по-прежнему остается на юге России. Встречаются Цереновы и среди бурят, но реже — у бурят более распространены фамилии на -ов от имени Цырен (с тем же значением).

Интересная деталь: в калмыцкой среде фамилия Церенов могла закрепиться не только за прямыми потомками человека с таким именем, но и за членами рода, где имя Церен было родовым, передававшимся через поколение. В русских документах XVIII–XIX веков калмыков часто записывали без фамилий, только по имени и отцу, поэтому фамилии в современном виде оформились относительно поздно — к концу XIX века, когда началась массовая паспортизация. Так что Церенов — фамилия молодая по меркам русской ономастики, но с глубоким корнем в степной культуре, где пожелание долгой жизни было едва ли не главным благословением.