Фамилия Туранов вряд ли связана с происхождением предка из одноимённой среднеазиатской низменности, хотя именно эта версия лежит на поверхности. Туран — обширная равнина на территории современных Казахстана и Узбекистана, место расселения древних кочевых ираноязычных племён. В персидском эпосе «Шахнаме» Туран — это страна, где живут кочевники-туранцы, извечные противники оседлых иранцев. Если предок носителя фамилии действительно пришёл оттуда, его могли прозвать Тураном по месту выхода. Но у этой гипотезы есть слабое место: массовых миграций из Средней Азии в центральные русские земли в эпоху формирования фамилий не было, а прозвище по столь далёкой родине закрепилось бы только в исключительном случае.

Более правдоподобно выглядит связь с тюркским словом «туран», которое в некоторых диалектах означало «место, становище» или указывало на человека, живущего в степи, кочующего. В этом случае прозвище Туран могли дать не выходцу из конкретного региона, а человеку с характерным степным образом жизни или внешностью, напоминавшей кочевника. Русские фамилии на -ов, образованные от прозвищ, часто фиксировали именно такие бытовые наблюдения: так называли не по паспорту, а по тому, кем человек выглядел или чем занимался.

Суффикс -ов в фамилии Туранов указывает на типичную русскую модель образования от отчества или прозвища отца: Туран — сын Туранов. Форма без уменьшительного суффикса (-ин, -енко) говорит о том, что прозвище было не ласкательным, а скорее описательным или ироничным. В русских говорах слово «туран» встречалось и в значении «лодырь» или «неповоротливый человек», что добавляет ещё одну версию: прозвище могло закрепиться за человеком с медлительным характером. Эта гипотеза не менее жизнеспособна, чем топонимическая, а в бытовом контексте даже более естественна.

В документах фамилия Туранов встречается в разных регионах, но особенно часто — в Поволжье и на Урале, где русское население веками соседствовало с тюркскими народами. Такое соседство неизбежно порождало прозвища, связанные с восприятием «чужого»: не обязательно враждебного, но отличного по быту и языку. Поэтому Турановыми могли называть как потомков обрусевших татар или башкир, так и русских, получивших прозвище за связь с кочевым миром.

Точных сведений о первом носителе фамилии нет, и вряд ли они появятся: прозвищные фамилии редко фиксируются в источниках раньше XVII века. Но словообразовательная модель и семантика основы позволяют уверенно говорить, что Туранов — фамилия прозвищного типа, а не от имени святого или профессии. Выбор между «степняком» и «медлительным человеком» остаётся за семейной историей: если в роду сохранились предания о предке-кочевнике, версия с Тураном-низменностью получает право на жизнь, но для большинства носителей фамилии ближе окажется бытовое тюркское или русское диалектное значение.