Фамилия Тюхтяев — живой след прозвища, которое в старину давали человеку с характерной манерой поведения или привычками. В основе лежит слово «тюхтяй», и у него есть как минимум два объяснения, и оба по-своему интересны.

Первая версия отсылает к диалектному глаголу «тюхтить» — то есть хлебать медленно, долго и много. Отсюда прямой шаг до прозвища Тюхтяй, которым награждали неуклюжего, медлительного человека. Представьте себе человека, который возится за столом дольше всех или идёт вразвалочку, не торопясь, — такого и могли окликнуть Тюхтяем. Прозвище цепкое, оно легко заменяло имя в повседневном общении, а потом закрепилось за потомками уже как фамилия.

Вторая версия переводит разговор в другую плоскость — еду и природу. В некоторых говорах «тюхтя» означала белую смородину, а в курских говорах так называли простоквашу с подболткой из гречневой муки. Если прозвище пошло от этого слова, то предок мог быть либо садоводом, либо просто большим любителем упомянутого кушанья. Соблазнительно представить, что человека дразнили за пристрастие к определённой еде, но лингвистически версия с «тюхтить» выглядит убедительнее: глагольная основа лучше объясняет появление прозвища, а не названия.

Первые письменные следы родственных именований встречаются в начале XVII века. В материалах С. Б. Веселовского упоминается Тюхтин Матвей Иванов, крестьянин, записанный в 1608 году. Это важная зацепка: она показывает, что основа «тюхт-» уже тогда бытовала в крестьянской среде, причём в форме, близкой к будущей фамилии.

Фамилия образована по самой распространённой восточнославянской модели: к прозвищу Тюхтяй добавили притяжательный суффикс -ев, который отвечал на вопрос «чей?». Сначала Тюхтяев означало «сын Тюхтяя», а затем превратилось в наследственную фамилию. Форма с -ев, а не с -ов, указывает на мягкую основу — именно так склонялось прозвище на -яй.

Точное место и время возникновения фамилии сейчас назвать сложно: такие прозвища возникали в разных регионах независимо друг от друга, и процесс растягивался на десятилетия. Но сам факт, что фамилия дожила до наших дней, говорит о том, что за ней стоит живая история — пусть и не всегда различимая в деталях.