Фамилия Ухоботнов — одна из тех, что сразу обращает на себя внимание необычной основой. В ней слышится что-то и про ухо, и про хобот, но на самом деле всё прозаичнее и интереснее. Это типичная русская фамилия, образованная по полной патронимической модели с суффиксом -ов, который указывает на принадлежность: «чей?» — Ухоботнов, то есть сын или потомок Ухоботна. Ударение, скорее всего, падает на второй слог: Ухобо́тнов.

Ключ к разгадке — прозвище Ухобот. В русских говорах слово «хобот» имело не только зоологическое значение (нос слона), но и бытовое: так называли длинный рукав, хвост, шлейф, а также нечто болтающееся или свисающее. В сочетании с «ухо» прозвище могло относиться к человеку с заметными, оттопыренными ушами — «ухо как хобот». Однако есть и другая, более правдоподобная версия: в диалектах «ухоботье» или «ухобот» — это часть цепа, которым молотили зерно. Ухобот — это длинная рукоять или бич цепа, а Ухоботном могли прозвать крестьянина, который хорошо владел этим орудием, либо того, кто его мастерил. Таким образом, фамилия имеет профессиональные корни, уходящие в земледельческий быт.

С точки зрения словообразования, фамилия редкая: она не образована от крестильного имени (как Иванов или Петров), а от прозвища, которое почти не встречается в современных документах. В старых переписных книгах, например, по Рязанской и Тамбовской губерниям, можно найти отдельные записи об Ухоботновых — это указывает на локальное бытование фамилии в чернозёмной полосе России. Сословно носители, скорее всего, были государственными или помещичьими крестьянами, поскольку прозвище связано с сельским трудом.

Интересно, что фамилия Ухоботнов сохранила в себе архаичную лексику, которая почти вышла из употребления. Если сравнить её с однокоренными, например, с фамилией Хоботов (от «хобот»), то Ухоботнов — более конкретная, привязанная к орудию труда. Это делает её ценной для историков языка: по ней можно реконструировать реалии крестьянского быта XVII–XVIII веков. В современном мире фамилия встречается редко, в основном в центральных и южных регионах России, что подтверждает её глубокие диалектные корни.