Фамилия Вересковы — хороший пример того, как за привычным окончанием скрывается неочевидная история. В основе лежит не церковное имя, а мирское прозвище Вересок, которое в северных говорах давали можжевельнику. Называя ребёнка Вереском, родители как бы вверяли его природе: считалось, что так к малышу перейдут выносливость и живучесть этого кустарника.

Словообразовательная модель здесь простая — суффикс -ов, образующий притяжательные фамилии. Вересков — это буквально «сын Вереска». Такая модель в XVI–XVII веках была основной для крестьян и посадских людей, поэтому фамилия могла возникнуть в любой части северной России.

Есть и альтернативная версия, но она слабее. Согласно ей, корень связан с глаголами «верещать» или «вересить» — то есть «курить, дымить, чадить». В этом случае прозвище Верес мог получить человек, работавший с дымом, например, смолокур или печник. Однако лингвисты относятся к этой гипотезе скептически: семантический переход от «дымить» к названию кустарника неочевиден, а в говорах форма «верес» для можжевельника зафиксирована гораздо шире.

Интересно, что фамилия не имеет жёсткой географической привязки — по переписям XIX века Вересковы встречаются и в Архангельской губернии, и на Урале, и в центральных областях. Это говорит о том, что имя Верес было распространено не локально, а по всей лесной полосе, где рос можжевельник.

Точно сказать, когда именно появилась фамилия, нельзя — процесс шёл несколько столетий. Но ясно, что Вересковы — это не случайное сочетание звуков, а прямой след древнего обычая называть детей по растениям, чтобы заручиться покровительством природы.