Фамилия Волкодав — одна из тех, что сразу вызывает образ: крупная борзая, охота на волка, сила и ловкость. И действительно, в основе фамилии лежит прозвище Волкодав, а оно — от нарицательного «волкодав». Так называли породу больших и свирепых борзых собак, которых специально держали для охоты на волков. Поэтому первое и самое очевидное объяснение: предок носителя этой фамилии был охотником, причем не простым, а тем, кто промышлял именно волка, ходил с борзыми.

Но за этим простым толкованием стоит более глубокий слой. Охотник в русской деревне — фигура особая, пограничная. Ему приписывали магические способности, считали, что без договора с лешим удачи не видать. По народным поверьям, леший мог и помочь, и погубить: наслать болезнь, закружить в лесу, захлестать верхушками деревьев. Чтобы охота была успешной, охотник соблюдал строгие запреты: не здоровался за руку со встречным, не упоминал на охоте женщину, а некоторых животных называл табуированными именами (ворона, например, звал «курицей»). Прозвище Волкодав в таком контексте могло быть не просто указанием на занятие, а своего рода оберегом, подчеркивающим связь с опасным ремеслом.

Важно и то, как образована фамилия. Модель типична для восточнославянских фамилий: прозвище Волкодав перешло в фамилию без каких-либо изменений, без суффикса -ов или -ин. Такие «чистые» фамилии, совпадающие с нарицательным словом, встречаются реже, чем патронимические, и это делает Волкодава интересным исключением. Они характерны скорее для южных и западных регионов России, Украины и Беларуси, где традиция закреплять прозвище в виде фамилии без оформления суффиксом была сильнее.

Сравните с однокоренными фамилиями: Волков, Волчков — те образованы от имени или прозвища Волк, а Волкодав — это уже сложное слово, композит, где вторая часть («давить») указывает на действие. Такая модель (глагол + существительное) в русских фамилиях нечаста, но выразительна: достаточно вспомнить Скоробогатов, Горицветов, а в охотничьем контексте — Псарёв.

Словом, фамилия Волкодав — не простая. Она одновременно и про занятие предка, и про народные верования, и про редкую словообразовательную модель. Если ваш предок носил её, он, скорее всего, был человеком, для которого лес и охота были не просто работой, а образом жизни, полным табу и суеверий.