Фамилия Волкодавец — редкий пример русской фамилии, образованной не от имени или профессии, а от названия породы собак. В основе лежит прозвище Волкодав, которое давали крупным борзым, использовавшимся для травли волков. Человек с таким прозвищем почти наверняка был охотником, причем не рядовым, а тем, кто специализировался на опасном промысле — добыче волка.

Однако прозвище могло нести и более глубокий, мифологический оттенок. В русских поверьях охотник считался фигурой, связанной с потусторонними силами. Чтобы охота была удачной, ему приходилось заключать негласный договор с лешим: не брать лишней дичи, соблюдать дни, когда можно выходить в лес. Нарушение грозило не только пустым капканом, но и болезнью, которую леший «насылал», или тем, что охотник заблудится и сгинет. Поэтому в быту у промысловиков существовали строгие запреты: накануне охоты нельзя было касаться жены, при встрече с человеком — здороваться за руку, а некоторых животных запрещалось называть вслух. Ворона, например, звали «курицей». Волкодав, имя которого прямо указывало на зверя, словно бросал вызов этим табу — он называл вещи своими именами, и такое прозвище могло закрепиться за смельчаком, который не боялся ни волка, ни лешего.

Фамилия образована по модели «основа + суффикс -ец», характерной для украинской и южнорусской антропонимии (ср. Зубарец, Ковалец). Суффикс -ец часто указывал на принадлежность к чему-то или носителя признака: Волкодавец — потомок Волкодава или человек, которого «держат за волкодава». Встречается фамилия в основном в западных и южных областях России, а также в Беларуси и на востоке Украины — там, где охота на волков была обычным делом, а борзые породы ценились особенно высоко.

В отличие от более частых «собачьих» фамилий вроде Соболев или Псовцев, Волкодавец сохранил прямую связь с промыслом, а не с декоративным собаководством. Если ваш предок носил эту фамилию, он, скорее всего, происходил из среды охотников-промысловиков или егерей, а не из помещичьих псарей.