Фамилия Волженина — одна из тех, что звучит «географически», но на деле её происхождение может оказаться совсем не связанным с великой рекой. Да, первая ассоциация — Волга, и она не лишена оснований, но словообразовательная модель здесь сложнее, чем кажется на первый взгляд.

Фамилия образована с помощью суффикса -ин, который в русской ономастике указывает на принадлежность: «чей?» — Волженин, то есть сын или потомок Волженина. Основа «Волжен-» восходит к прозвищу или мирскому имени Волженин (или Волженя). Такое прозвище в XVI–XVII веках могли дать человеку, живущему на Волге, пришедшему с Волги или занимавшемуся волжскими промыслами — бурлачеством, рыболовством, торговлей. В говорах слово «волженин» означало «житель Поволжья», и закрепиться оно могло за переселенцем, который в новой местности оставался «волжским» для окружающих.

Однако есть и менее очевидная версия. В северных и центральных русских говорах существовало слово «волженина» (ударение на второй слог) — так называли сырую, невыделанную кожу, иногда просто мокрую шкуру. Прозвище Волженя могли дать кожевнику или человеку с грубой, «кожаной» внешностью. Эта версия менее популярна, но лингвистически правдоподобна: фамилии от названий ремёсел встречаются чаще, чем от топонимов, особенно в среде крестьян и посадских людей, где река не была единственным маркером идентичности.

По географии фамилия Волженина (и мужская форма Волженин) встречается преимущественно в центральной России и Поволжье, но не массово. В дореволюционных переписях носители фиксировались в Вятской, Костромской и Нижегородской губерниях — как раз на стыке волжских и северных территорий. Это косвенно подтверждает обе версии: и связь с рекой, и возможное ремесленное прозвище, так как кожевенное дело было развито в тех же местах.

С точки зрения социального статуса фамилия недворянская: суффикс -ин типичен для крестьянских и мещанских фамилий центральной России. Носители Волженины, скорее всего, были государственными или помещичьими крестьянами, реже — посадскими людьми. Никаких громких исторических деятелей с этой фамилией не зафиксировано, что только подтверждает её «народное» происхождение — она родилась в среде, где человека называли по месту или занятию, а не по родословной.