Фамилия Воробетс — редкий случай, когда в основе лежит не русское, а, скорее всего, западнославянское или балтийское слово. Если сразу отбросить очевидную ассоциацию с воробьём, то станет понятно: суффикс -ец (-етс) указывает на польское, белорусское или украинское происхождение. В русской традиции фамилия звучала бы как Воробьёв или Воробец, а здесь мы видим характерное окончание, которое часто встречается у фамилий шляхетского или крестьянского сословия на территории бывшей Речи Посполитой.

Сам корень «вороб» может восходить к диалектному или старопольскому слову «wróbel» — воробей. Но есть и другая, менее очевидная версия: на западнославянских землях «вороб» или «вороп» означало грабителя, разбойника (от «вор»). В таком случае прозвище Воробец давали не за птицу, а за буйный нрав или склонность к набегам. Однако для фамилии Воробетс более вероятна первая, «птичья» версия, так как прозвища от названий птиц были повсеместны и не несли негативного оттенка.

Географически фамилия Воробетс почти не встречается в центральной России. Её следы ведут в западные области — Беларусь, Польшу, Литву, а также в Латвию, где суффикс -етс мог прирасти под влиянием латышской или латгальской языковой среды. Встречается вариант написания Воробец (без «т»), но именно Воробетс — более архаичная форма, сохранившая древний суффикс принадлежности. В польских метриках XVIII–XIX веков можно найти запись «Worobiec» или «Worobietz» — так записывали фамилию русскоязычные писцы на слух.

Модель образования проста: основа Вороб- + уменьшительно-притяжательный суффикс -ец (в местном произношении — -етс). То есть фамилия буквально означала «маленький воробей» или «сын Вороба». В отличие от русской модели на -ов, где фамилия указывала на отца (чей сын? — Воробьёв), западнославянский суффикс -ец мог означать как сына, так и просто носителя прозвища. Предок носителя фамилии Воробетс, скорее всего, был мелким землевладельцем, крестьянином или ремесленником в одном из западных регионов, где смешивались славянские и балтийские языки.

Сословно фамилия не указывает на дворянство — в шляхетских гербовниках она не зафиксирована. Скорее всего, это фамилия крестьянская или мещанская, которая закрепилась в XIX веке при массовой фиксации фамилий в Российской империи. Её редкость сегодня — следствие локального бытования: носители либо остались на исторической родине, либо мигрировали, но не создали крупных родовых гнёзд.