Фамилия Заголовцев — редкий случай, когда прозвище почти наверняка связано не с характером, а с конкретной должностью или занятием. В её основе лежит слово «заголовок» в старом, профессиональном значении. В XVI–XVII веках так называли не просто шапку текста, а резной или точеный навершие — декоративную деталь на оголовье саней, оглобле, посохе, перилах. Заголовцев мог быть мастером, который вырезал эти украшения, или, что вероятнее, человеком, отвечавшим за изготовление оголовков в артели плотников и столяров. Модель образования типична для северных и центральных губерний: суффикс -ев указывает на принадлежность («сын Заголовца»), а сама фамилия закрепилась за потомками мастера.

Суффикс -ев, а не -ов, здесь не случаен. В древнерусском языке слово «заголовок» имело мягкую основу (заголовьць), и притяжательное прилагательное образовывалось через -ев. Если бы фамилия произошла от прозвища «Заголовок» (например, за большую голову или высокий лоб), мы бы скорее увидели вариант Заголовков. Выбор суффикса — косвенное, но веское доказательство, что предок был именно ремесленником, а не обладателем броской внешности.

Встречаемость фамилии крайне низкая. Основные очаги — не в крупных городах, а в бывших вотчинах и слободах, где работали артели. В переписных книгах XVII века по Вологде и Костроме упоминаются «заголовошники» — плотники, делавшие оголовья для саней и телег. Связь с этим промыслом — самая прямая версия, которую поддерживает и ономаст Б. Унбегаун в общем принципе: фамилии на -ев от названий ремесленников почти всегда указывают на конкретное занятие, а не на абстрактный признак.

Спорных версий немного. Иногда Заголовцев ошибочно связывают с газетными заголовками — это анахронизм: печатное дело в таком контексте появилось на два века позже. Ещё реже предлагают происхождение от «заголовье» (изголовье постели), но тогда фамилия звучала бы как Заголовьев. Все альтернативы уступают плотницкой гипотезе и по логике словообразования, и по географии бытования.