Фамилия Захарьяш — один из тех редких случаев, когда в основе лежит не полная форма имени, а его сокращённый, «домашний» вариант. Исходное имя — Захария (от ивритского «помнящий Господа»), но в русской бытовой традиции его нередко усекали до Захар или Захарья. А вот суффикс -яш указывает на южнославянское или западноукраинское влияние: в польском, словацком и украинском языках такие формы (Захаряш, Захарьяш) были распространены как ласкательные или обиходные производные. То есть предок носителя этой фамилии мог быть выходцем с территории современной Западной Украины, Беларуси или даже из польско-литовских земель, где имя Захария приобрело местное звучание.

Словообразовательная модель проста: к основе Захарья- добавили типичный для восточнославянских фамилий суффикс -ш, который часто встречается в именных прозвищах (сравните: Ильяш, Матяш, Васяш). Фамилия закрепилась в форме Захарьяш без дополнительных родовых окончаний (-ов, -ин), что тоже характерно для украинской и белорусской ономастики. В русских документах такую фамилию могли записывать с окончанием -ов (Захарьяшов), но исходный вариант сохранился именно в западных регионах.

Что касается второго значения — «сладкий, сахарный» — оно восходит к древнегреческому толкованию имени Захария, но для фамилии это скорее народная этимология. Прямой связи с сахаром или сладостью у прозвища не было; это позднее переосмысление, которое не подтверждается историческими источниками. Реально фамилия указывает на то, что родоначальника звали Захарией, а окружающие называли его в уменьшительной форме — Захарьяш. Такая форма бытовала в основном в крестьянской и мещанской среде, где полные имена редко использовали в быту.

Встречаемость фамилии сегодня невысокая, но она фиксируется преимущественно на западе Украины, в Польше и среди потомков эмигрантов. В российских архивах фамилия Захарьяш почти не встречается до XX века — это ещё одно подтверждение её западного происхождения. Если вы носите эту фамилию, скорее всего, ваши предки жили на стыке украинской, польской и белорусской культур, а сама фамилия — живое свидетельство того, как библейское имя обрастало местными языковыми чертами.