Фамилия Зебров — одна из тех, где за простым звучанием скрывается сразу несколько версий происхождения, и ни одна из них не связана с полосатым африканским животным. Славяне веками не знали о зебрах, поэтому корень здесь другой, и разбираться с ним интереснее всего с прозвища Зебр.

Наиболее вероятная версия отталкивается от глагола «зебрить» — жевать, шамкать, слюнить. В русских говорах это слово было вполне обиходным. Прозвище Зебр могли дать человеку с нечёткой речью, картавостью или тому, кто жевал медленно и невнятно — например, беззубому старику. Такие прозвища по физическим особенностям или манере поведения были обычным делом в деревенской среде: они приживались быстро и заменяли человеку имя.

Есть и вторая гипотеза, которую ономасты не обходят стороной. Согласно ей, Зебров — это фонетический вариант фамилии Зибров. Смена «и» на «е» в безударном положении встречается во многих русских фамилиях. Если это так, то основа уходит к украинскому глаголу «зiбрати» — забирать, собирать. В таком случае прозвище Зебр (или Зибр) мог получить сборщик урожая, хлебороб, а то и грибник, который ходил в лес за добычей. Профессиональные прозвища нередко вытесняли крестильные имена, а потом закреплялись в фамилиях.

Суффикс -ов указывает на типичную русскую модель образования: «чей?» — Зебров, то есть сын Зебра, потомок человека с таким прозвищем. Эта модель была самой распространённой в центральной России и на севере, поэтому географически фамилия могла возникнуть в разных регионах, но чаще всего её носителей встречали в южных и центральных областях, где бытовали украинские говоры.

В сословном плане Зебровы, скорее всего, принадлежали к крестьянству или мещанству — фамилии от прозвищ по бытовым чертам редко встречались у дворянства. Точных дат первого упоминания фамилии нет, но по типу образования она относится к позднему слою русских фамилий, которые окончательно закрепились в XVII–XVIII веках.

Таким образом, основная версия ведёт к человеку с невнятной речью или привычкой шамкать, а альтернативная — к сборщику урожая. Обе гипотезы правдоподобны, но первая, с глаголом «зебрить», выглядит более органичной для русского языка и не требует допущения об украинском заимствовании.