Фамилия Жарчев — одна из тех, где корень говорит сам за себя, а суффикс выдаёт социальный статус предка. В основе лежит слово «жар» в прямом значении — высокая температура, огонь. Но вряд ли предок был ходячим костром. Скорее всего, прозвище Жар или Жарь дали человеку с пылким, горячим нравом, вспыльчивому или страстному в работе. Такие «горячие» прозвища были распространены по всей Руси, их давали без злобы, а как меткую характеристику.

Модель образования проста и типична для русского севера и центра. Суффикс -ев указывает на принадлежность: Жарчев буквально означает «сын Жарча» или «человек из рода Жарча». Форма Жарч — это краткая, обиходная версия прозвища Жар, возникшая под влиянием мягких согласных или местного говора. В документах XVI–XVII веков встречаются крестьяне и посадские люди с прозвищем Жар, а вот фамилия Жарчев, судя по географии, закрепилась преимущественно в вологодских, архангельских и вятских землях — там, где оканье и аканье меньше влияли на написание.

Есть и менее очевидная, но реальная версия: связь с ремеслом. В некоторых говорах «жар» или «жарь» называли человека, работающего у печи — кузнеца, хлебопёка, обжигальщика кирпича. Тогда Жарчев — не просто «внук горячего парня», а потомок мастера, чья работа была связана с огнём. Эта гипотеза правдоподобна, но уступает первой по частоте: прозвищ по характеру давали чаще, чем по профессии, особенно если профессия была обычной.

Однокоренные фамилии — Жаров, Жарков, Жариков — встречаются гораздо чаще. Жарчев стоит особняком: суффикс -ев при твёрдой основе (Жар) дал бы Жаров, а здесь основа смягчилась. Это указывает на живую, устную традицию передачи прозвища в среде, где говорили «Жарч» вместо «Жар». Такая деталь — верный признак того, что фамилия сложилась в крестьянской или ремесленной среде, а не в книжной, где форму бы унифицировали.

Встретить Жарчева сегодня можно в основном в центральной России и Поволжье, хотя корни фамилии уходят на север. Дворянских родов с такой фамилией нет — это стопроцентно крестьянская или мещанская фамилия, что подтверждается и её словообразованием, и отсутствием в родословных книгах.