Фамилия Жеганкин — яркий пример того, как русская фамилия может хранить в себе не только прозвище, но и целый пласт диалектной лексики. В основе лежит слово «жеган» или «жиган», которое в разных говорах имело несколько значений. Самое распространенное — «плут», «мошенник», «бродяга» или «озорник». В воровском арго XIX века «жиган» означал опытного, бывалого преступника, но в крестьянской среде слово чаще носило бытовой, а не криминальный оттенок: так могли назвать хитрого, изворотливого мужика или беспокойного подростка.

Словообразовательная модель здесь прозрачна: суффикс -ин указывает на принадлежность — «чей?» — «сын Жегана». Фамилия образована от прозвища Жеган, а не напрямую от «жиган», что говорит о её древности: в XVI–XVII веках прозвища с корнем «жег-» (от «жечь») были нередки. Второе возможное, хотя и менее вероятное, значение — от глагола «жегать» (жечь, обжигать). В этом случае прозвище мог получить человек, работавший с огнём: кузнец, смолокур, обжигальщик извести или даже тот, кто случайно поджёг что-то.

Географически фамилия тяготеет к Поволжью и северо-востоку европейской России. Наибольшая концентрация носителей — в Нижегородской, Кировской областях и в Мордовии. В этих краях слово «жиган» в значении «озорник» или «проныра» было в ходу ещё в начале XX века. Интересно, что в местных говорах «жеган» могло означать и «непоседу» — так что предок Жеганкин мог быть просто слишком активным ребёнком, за которым закрепилась кличка.

Форма фамилии — с буквой «е» в корне — характерна для тех регионов, где «е» и «и» в безударной позиции произносились неразличимо (это явление называется «яканье» или «еканье»). На письме закрепился вариант Жеганкин, хотя в старых метрических книгах можно встретить и «Жиганкин» — это не ошибка, а отражение живой речи. Таким образом, фамилия Жеганкин — не криминальное клеймо, а скорее бытовое прозвище, данное за характер или занятие, и её носители были обычными крестьянами, а не «ворами в законе», как мог бы подумать современный читатель.