Фамилия Зильберов — один из ярких примеров того, как немецкое слово стало основой для русской фамилии, но с оговоркой: путь этот не всегда был прямым. В основе лежит немецкое Silber — «серебро». Если следовать логике прозвищ, Зильбером могли называть чеканщика серебряных монет или мастера, работавшего с этим металлом. Впрочем, в крестьянской среде прозвище могло указывать и на достаток: серебро ассоциировалось с богатством.

Но для фамилии Зильберов есть и другая, не менее вероятная версия. В XIX веке, когда на территории Российской империи евреям в обязательном порядке присваивали фамилии, чиновники нередко действовали формально. Они брали немецкие или идишские слова и превращали их в фамилии, не вникая в реальные занятия или прозвища человека. Так появились искусственные конструкции вроде Вейценбаум («пшеничное дерево»), Зауэрштром («кислый поток»), Левенфиш («рыба-лев») или Цигенбаум («козье дерево»). Фамилия Зильберов вполне могла попасть в этот ряд — как произвольно выбранная основа, без связи с конкретным ремеслом.

Обратите внимание на суффикс. Изначально фамилия, скорее всего, звучала как Зильбер — без окончания. Но под влиянием славянской языковой среды, особенно в местах компактного проживания русских, украинцев или белорусов, к ней добавили типичный патронимический суффикс принадлежности -ов. Так Зильбер превратился в Зильберова сына, то есть Зильберова. Эта модель — одна из самых распространённых в русском языке, и для еврейских фамилий она не редкость: достаточно вспомнить Абрамова, Беркова или Соломонова.

Таким образом, у фамилии Зильберов два возможных корня: либо реальное прозвище по профессии или достатку, либо канцелярская конструкция, закреплённая чиновником. Второй вариант для еврейских фамилий встречается чаще, чем принято думать, и именно он выглядит более правдоподобным для Зильберова — слишком уж прозрачна и «красива» основа, чтобы быть случайной.